Общество: Carnegie Moscow Center (Россия): мюнхенские скрепы

Мюнхенская конференция по безопасности — живой барометр состояния умов западных элит. В 2020 году в качестве главной темы немецкие организаторы предложили громоздкий неологизм — Westlessness. Речь шла о сдвоенном эффекте снижении влияния Запада в мире и ослаблении единства внутри западного сообщества и составляющих его государств. Задумка заключалась в том, чтобы, нарисовав мрачную картину, укрепить скрепы, связывающие оба берега Атлантики, и мобилизовать здоровые силы либеральной демократии против ее врагов — популистов внутри и автократов снаружи.

Этот европейский взгляд на состояние Запада нашел отклик у американских демократов во главе с Нэнси Пелоси. Посланцы Дональда Трампа — госсекретарь Майк Помпео и министр обороны Марк Эспер — приехали в Мюнхен с совершенно другим настроем. Помпео, попеняв европейцам за их уныние и пораженчество, провозгласил, что Запад во главе с США побеждает повсюду, а его враги — Россия, Иран и Китай,- напротив, сталкиваются с непреодолимыми проблемами. Эспер сосредоточился исключительно на Китае как главной угрозе для коллективного Запада. К оптимистам-республиканцам присоединился генеральный секретарь НАТО Йенс Столтенберг, продемонстрировавший, что по части военного сотрудничества поводов для тревоги нет: США дислоцируют в Европе новые части, европейские члены НАТО стали исправнее платить взносы в общий бюджет, проводится все больше военных маневров, особенно на восточном фланге у границ России.

Отношения США и Европы на глазах меняются, и не в ту сторону, в которую европейцам хотелось бы. Американцы, чувствуя возросшую конкуренцию со стороны Китая, России и других государств, меняют правила игры в рамках Запада. Лидерство Вашингтона становится более нажимным. Перефразируя известную цитату Джона Кеннеди, можно сказать, что Вашингтон говорит союзникам: не спрашивайте, что США могут сделать для вас, будьте готовы сделать для США то, что мы попросим. Это работает. Выход США из Договора о РСМД в 2019 году был одобрен в НАТО единогласно и без какого-либо обсуждения. Сейчас Германии предлагается отказаться от «Северного потока-2», а Европе в целом — от допуска китайских компаний в сети 5G. Союзники видят в этих требованиях ущемление своих интересов, иногда они глухо бурчат, но их вялая реакция на действия США свидетельствует, что всерьез бороться за эти интересы они не готовы.

Не готовы они и к самостоятельной роли даже там, где давно рассчитывали занять место мирового посредника, в отношениях с Ираном. В январе этого года сильного дипломатического давления Вашингтона оказалось достаточно для того, чтобы Великобритания, Германия и Франция против собственной воли запустили механизм восстановления антииранских санкций. Иранский опыт делает маловероятным реализацию идей французского президента Эмманюэля Макрона о превращении Евросоюза в самостоятельного геополитического и военного игрока, способного, в частности, к стратегическому диалогу с Россией. Немецкие политики — президент, министры иностранных дел и обороны — фактически отмежевались от французской фронды. Они подчеркнули свою историческую приверженность атлантизму и безусловную приоритетность НАТО перед ЕС в военно-политических вопросах. Это не означает, что Москве нет смысла беседовать с Парижем: беседовать можно, но рассчитывать на значительное ослабление европейских санкций и отдельный диалог с Европой по вопросам безопасности в обозримом будущем не приходится. В этих вопросах ЕС не сможет далеко отойти от позиции США.

Отношение самих европейцев к России остается противоречивым. Авторы доклада, подготовленного для конференции, попытались слепить — почти по Некрасову — образ страны, одновременно могучей и бессильной: с одной стороны, «путёмкинской», а с другой — глобально-гегемонистской. Руководство НАТО оживило формулу Армеля полувековой давности: сдерживание и диалог, но диалог с НАТО, за исключением вопросов предотвращения или купирования инцидентов, в нынешних условиях беспредметен. Минские договоренности невыполнимы: Киев не пойдет на особый статус Донбасса, а заставлять его Европа не сможет, а Америка не будет. Нормандская четверка может собираться, но максимум возможного на этом треке — замораживание конфликта по приднестровской модели. Не многое возможно пока и за пределами европейского континента. Контакты с отдельными государствами ЕС по вопросам восстановления Сирии или перемирия в Ливии продолжаются, но без особых результатов.

«Мира без Запада», конечно, нет и не будет. США больше не мировой гегемон, но они надолго останутся наиболее мощной державой. Америка не только не отступает, но и проводит перегруппировку сил для более успешной конкуренции с Китаем. Европа не в состоянии играть самостоятельную роль и вынуждена следовать за старшим союзником даже туда, куда ей самой не очень хочется. Отсюда и пессимизм. России в таких условиях на евроатлантическом направлении будет по-прежнему трудно. Ее главный международный резерв — запуск модели внутреннего развития как часть начавшегося процесса политического транзита.

Carnegie Moscow Center (Россия): мюнхенские скрепы обновлено: 19 февраля, 2020 автором: Елена Фролова

Мотиноринг ситуации с корона-вирусом в мире на официальном сайте https://koronavirus.center

Реклама
Нажмите, чтобы поделиться новостью
Реклама
Будьте вежливы. Отправляя комментарий, Вы принимаете Условия пользования сайтом.

Текст комментария будет автоматически отправлен после авторизации

Настоятельно рекомендуем вам придерживаться вежливой формы общения, избегать любого незаконного, угрожающего, оскорбительного, непристойного или грубого обращения к другим посетителям ресурса.
Загрузка...
Реклама
Читать дальше

Советы по безопасности