Общество: Дивизия СС «Галичина»: безжалостные каратели и герои Украины. Колонка Владимира Тулина

В эти дни исполняется 75 лет разгрому дивизии СС «Галичина» под Бродами. Так как на Украине теперь любая «перемога» с легкостью превращается в «зраду» и наоборот, то там планируют отпраздновать это событие примерно так же, как сделали это десять лет назад, когда во Львовской области праздновали «65-летие боевого крещения дивизии», была военно-историческая постановка «Прорыв из окружения» и торжественное захоронение свежеоткопанных эсэсовских трупов. При этом на праздновании тщательно избегали упоминания факта, что боевое крещение дивизии тут же привело к ее разгрому, и никто не интересовался тем, как же она в окружении оказалась. Парадоксально, но факт — на Украине праздновали и собираются праздновать почти полное уничтожение тех, кого они теперь считают своими национальными героями. 

28 лет на Украине идет поиск национальных героев. Сейчас в них зачислены три категории исторических лиц. Самые древние из них — запорожские казаки, «прославившиеся» своими разбойничьими нападениями на города черноморского побережья. В Болгарии до сих пор вспоминают, как они разграбили, сожгли и вырезали большинство населения Варны в 1576 и 1606 годах. Не щадили они даже монахов, захватив в 1623 году православные монастыри Продрома, в Созополе и на острове Святой Анастасии. Их гетман Иван Мазепа, предавший Петра Первого и верно служивший шведскому королю Карлу ХII, помещен на банкноту в пять украинских гривен. 

Далее идут бандеровцы, верно служившие Гитлеру, несмотря на то, что тот отправил в концлагерь Заксенхаузен их вождя Степана Бандеру за несогласованное с ним объявление независимости Украины. В комфортном персональном коттедже лагеря он просидел до 1944 года. После того как нацисты освободили его, Бандера развязал настоящую гражданскую войну на Западной Украине, жертвами которой стали более 180 тысяч украинцев.

Поражая весь мир, нынешние украинские власти делают героями и родных эсэсовцев, не смущаясь того факта, что СС признана преступной организацией Международным трибуналом в Нюрнберге. В честь дивизии СС «Галичина» названы улицы в Тернополе, Ивано-Франковске и Львове, а также в целом ряде маленьких городов и сел на Западной Украине. Построено мемориальное кладбище в селе Червоное и множество памятников. 28 апреля 1943 года нацисты официально объявили о создании дивизии, и в честь этого было торжественное шествие во Львове. Начиная с 2009 года это шествие 28 апреля стало ежегодным и помпезно называется «Марш величия духа», хотя его чаще называют «Маршем вышиванок», так как большинство его участников, как в 1943 году, одеты в сельскую одежду. То, что неонацистский марш стал проводиться за пять лет до событий в Крыму и в Донбассе, — одно из многих доказательств того, что не они вызвали появление украинского фашизма, а он неуклонно рос с момента появления незалежной Украины в 1991 году. Сейчас под эгидой городской администрации Львова проводится даже конкурс детских рисунков, посвященный дивизии. Правда, чтобы не смущать западных либералов, на всех этих мероприятиях в названии дивизии «забывают» две буквы — СС.

Согласно официальной идеологии нынешних властей Украины, которую правильнее было бы назвать мифологией, дивизия была создана по инициативе Украинского центрального комитета (УЦК) —  совещательного органа при немецкой оккупационной администрации, который возглавлял Владимир Кубийович. Его именем также теперь названы улицы на Западной Украине. На самом деле решение о создании дивизии СС из украинцев было принято 2 марта 1943 года на встрече в полевом штабе в Хохвальде рейхсфюрера СС Генриха Гиммлера с губернатором дистрикта Галиция оберфюрером СС Отто Вехтером. То, что именно Вехтер — инициатор создания дивизии СС «Галичина», подтверждает даже эсэсовец из нее Роман Колесник в своих воспоминаниях «Последний выстрел».

Дальше следует уникальное событие — украинские историки говорят правду. Они утверждают, что это решение вызвало массовое одобрение на Западной Украине и огромный поток желающих служить в ней. Действительно, согласно немецким данным, на 2 июня 1943 года были зарегистрированы 81 199 добровольцев. Возвеличивая своих эсэсовцев, нынешние украинские власти уверяют, что население Западной Украины рвалось в СС потому, что думало, что дивизия станет ядром будущей украинской армии, а она в свою очередь — основой для будущей самостийной Украины. На самом деле все было гораздо проще. Вербовку добровольцев для дивизии СС немцы поручили УЦК, которому активно помогала Украинская греко-католическая церковь (УГКЦ), чьими прихожанами тогда было подавляющее большинство западных украинцев. Эта церковь проводила богослужения по православному обряду, но подчинялась папе римскому. В 1946 году УГКЦ вошла в состав Русской православной церкви, а во время перестройки появилась вновь. Таким образом, многие жители Галиции — Западной Украины — считали своим высшим церковным иерархом вначале папу римского, а потом московского патриарха и наоборот. В дивизию СС «Галичина» УГКЦ направила 18 военных священников — капелланов, получивших эсэсовские офицерские знания. УЦК и УГКЦ рассказывали украинцам, что на фронт дивизию не пошлют, а будет она бороться с партизанами и вскоре начнется приватизация колхозной, при которой эсэсовцы получат больше всех. Наделы пропагандисты обещали огромные — до 10 гектаров. На оккупированной территории нацисты не ликвидировали колхозы, а сохранили их, переименовав в товарищества по обработке земли. Кроме того, немцы освободили семьи эсэсовцев от уплаты сельскохозяйственного налога. Тех украинцев, кто не жил в сельской местности, служба в войсках Гиммлера интересовала мало. Вот, например, такой факт из трофейных немецких документов. По штатному расписанию дивизии полагалось 50 военных медиков. Были высланы приглашения стать добровольцами 161 врачу подходящего возраста. Однако согласились всего 33. Пришлось немцам еще 15 медиков просто мобилизовать. Таким образом, главным стимулом для службы западных украинцев в СС стал явно не патриотизм, а сугубо материальные соображения.

Что касается утопии о том, что дивизия СС положит начало украинской армии, то это было невозможно по той простой причине, что и командир дивизии, и весь его штаб, и все командиры полков, и все их заместители, и даже все командиры батальонов, кроме Евгена Побегущего, были немцами. Да и то штурмбаннфюреру Побегущему было запрещено посещать офицерское казино. Только нехватка живой силы в окопах после Сталинградской битвы заставила нацистов зачислять в свою элиту — СС западных украинцев. Более того, «Галичина» стала самой многочисленной дивизией СС в Третьем рейхе — ее численность доходила до 26 тысяч человек, так как в ее составе, кроме трех боевых полков, были созданы еще пять полицейских, а украинцы стали третьими в СС после немцев и латышей, у которых было две дивизии СС. В отличие от других национальных дивизий СС, в «Галичине» была строжайше запрещена любая национальная символика, даже слово «украинец» было под запретом — бойцов дивизии в официальных документах называли галичанами. Украинским бойцам дивизии запретили носить и эсэсовские руны на петлицах. Позже командир роты оберштурмфюрер СС Бауфф, увидев на клумбе перед казармой цветы, посаженные в форме трезубца, растоптал их. 

После торжественных проводов во Львове и принесения присяги на верность Гитлеру дивизия отбыла на обучение в Германию и оккупированные ею страны. Там и стали проявляться ее главные проблемы. Немецкие офицеры, которым в СС внушали, что все славяне — унтерменши, то есть недочеловеки, с презрением относились к своим подчиненным и даже не скрывали этого. На их вопрос, скоро ли они получат землю, немцы со смехом отвечали, что скоро земли у них будет выше головы. Унтершарфюрер Роман Лазурко вспоминал, как в тренировочном лагере в Голландии по дороге на полигон и обратно немцы приказывали им одеть противогазы и петь песни. В качестве наказания заставляли бегать по плацу с ранцем, наполненным песком, падать в лужу и отжиматься. Штурмбаннфюрер Побегущий описывает, как немецкие офицеры заставили украинцев пять километров по песку тащить 77-миллиметровое орудие. Большой проблемой был и языковый барьер. Из украинцев мало кто знал немецкий, а офицеры СС учить мову даже не пытались. При этом даже те украинцы, кто знал немецкий, не могли перевести на родной язык немецкие военные термины. Интересно, что с 16 апреля 1944 года учебно-запасным полком дивизии командовал оберштурмбаннфюрер СС Карл Маркс. 

Еще в период обучения личного состава дивизия СС «Галичина» начала нести первые потери. Во время вечерней поверки в лагере Нойхаммер на Одере на голову проводящего ее унтер-офицера его друг и земляк из деревни Гудинковцы возле города Черткова Тернопольской области шутце (рядовой) Евген Бурлак накинул одеяло. Хотя унтер-офицер простил его, командир дивизии бригаденфюрер СС Фриц Фрейтаг приказал отдать Бурлака под военно-полевой суд, который приговорил его к расстрелу. При приведении приговора в исполнение Бурлак рыдал навзрыд, стоя у кирпичной стены, и сквозь слезы непрерывно повторял шеренге своих сонародников: «Я хотив боротыся за Украйну». Немецкий офицер потребовал перевести его слова, а потом объяснил, что бороться надо не за Украину, а за фюрера и приказал открыть огонь. 

Позже под военно-полевой суд попали еще двое украинских эсэсовцев. Они присвоили себе багаж погибших пассажиров из разбомбленного поезда. Они долго не могли понять, за что их судят, ведь вещи были ничьи. Председательствующий на суде немецкий офицер объявил им, что эсэсовец не может заниматься мародерством никогда и ни при каких обстоятельствах. По приговору суда они также были расстреляны. Дезертирство из дивизии началось уже в учебных лагерях, и чем хуже шли дела у немцев на фронте, тем больше было дезертиров. За время существования дивизии из нее дезертировало 1132 украинских эсэсовца. В связи с этим один из самых высокопоставленных украинцев в дивизии — оберштурмфюрер Мыкола Бараненко — наладил выпуск фальшивых отпускных билетов, с которыми несостоявшиеся владельцы колхозной земли легко могли вернуться домой. Его тоже расстреляли. Об уровне боевой подготовке дивизии говорит такой факт: только в мае и июне 1944 года во время интенсивного боевого обучения на полигонах в результате несчастных случаев погибли еще восемь западных украинцев.

Немецкое командование не только обучало и воспитывало своих новых западноукраинских подчиненных, но и использовало их в карательных акциях. Бойцы дивизии осуществляли массовые расстрелы в польских селах Гермакивка, Бычковицы, Коростятин, Лапивцы, Подкамене, Большом Ходачкове, Семяновице, Вицин, Борув и Малая Березовица на Западной Украине. 23 февраля 1944 года 1-й батальон 4-го полицейского полка дивизии вместе с бандеровцами из куреня УПА1 (организация запрещена в РФ. — Прим. ФАН) «Сероманцы» атаковали польское село Гута Пеняцкая, где жило меньше 1000 человек, но, несмотря на то, что его оборонял только отряд местной самообороны под командованием Казимира Войцеховского и 20 поляков, дезертировавших из немецкого батальона железнодорожной охраны, взять село они не смогли. Потеряв убитыми эсэсовцев Олекса Бобака и Романа Андрийчука, а также 12 ранеными, один из которых — Юрий Ганусяк — умер 3 марта, воины «Галичины» отступили. Им на подмогу был переброшен еще один батальон дивизии, прислала подкрепления и УПА, и только после этого село было захвачено. После этого были убиты 868 жителей села, чудом спастись удалось лишь 50. Большинство жителей были заживо сожжены в костеле и в своих домах. 

Штурмом руководил командир 4-го полицейского полка штурмбаннфюрер СС Зигфрид Бинц. Командованию дивизии он написал рапорт, в котором сообщил, что в село были сосредоточены крупные силы польских партизан, превратившие его в крепость. Обороняясь, партизаны поджигали здания в селе, в результате чего погибли местные жители. На этот рапорт обожают ссылаться историки с Украины, с пеной у рта доказывающие, что украинские эсэсовцы никаких военных преступлений не совершали. Вот только утверждение Бинца о том, что поляки сами себя сожгли, в этом же его рапорте и опровергается. Там он пишет, что захвачено всего 11 единиц оружия. И как после этого можно верить написанному им выше, что в селе были крупные силы противника и подавляющее большинство погибших — партизаны?

После войны территория, где было село Гута Пеняцкая, была территорией СССР. Село больше не возродилось, но в память о погибших мирных жителях там был установлен обелиск. Сразу после появления на политической карте мира независимой неньки обелиск был уничтожен. В 2005 году на месте сожженного костела президенты Украины и Польши открыли мемориал с фамилиями всех погибших. 9 января 2017 года каменный крест в центре мемориала был взорван, а на стелах с фамилиями убитых были нарисованы флаги Украины и УПА, а также руны СС. Официальные украинские лица — глава МИД Павел Климкин, глава Института национальной памяти Владимир Вятрович — сразу же обвинили в этом… Россию! Оказывается, она разрушает памятники жертвам эсэсовцев, чтобы поссорить Украину и Польшу. Если следовать их логике, то тогда и памятники, восхваляющие СС, тоже Россия устанавливает.

По стечению обстоятельств возмездие настигло дивизию СС «Галичина» всего в нескольких километрах от Гуты Пеняцкой — под Бродами. Именно там дивизия заняла позицию во второй линии обороны. Она вошла в состав 13-го армейского корпуса. Его командир генерал Гауфе 9 июля 1944 года посетил дивизию и был так поражен увиденным, что прямо заявил в своем штабе, что «такое соединение вряд ли будет полезно для отражения вражеского наступления». 

По приказу немецкого командования в селе Ясеново украинские офицеры-эсэсовцы проводили военное обучение бойцов УПА, а взамен бандеровцы обещали немцам разведывательную информацию из-за линии фронта. В современных украинских учебниках истории написано, что УПА активно воевала с немецкими войсками. На самом деле, как видно даже из этой статьи, все было совсем наоборот. Единственные потери вермахта от бандеровцев — это несколько военных складов, которые УПА разграбила в суматохе немецкого отступления. 

14 июля 1944 года советские войска прорвали первую линию обороны, которую занимала немецкая 349-я пехотная дивизия. Образовалась семикилометровая брешь, заткнуть которую было поручено 30-му полку дивизии СС «Галичина». Его командир — штурмбаннфюрер СС Ганс Форстрейтер — назначил контратаку на 8 утра 15 июля, так как раньше подразделения его полка были не в состоянии выдвинуться на исходные позиции. Однако советские войска нанесли удар на два часа раньше. Полк потерял половину личного состава, и выбыли из строя все командиры рот: трое были убиты, трое ранены, один пропал без вести, а оберштурмфюрер Макаревич попал в плен. Остатки полка с максимальной поспешностью отступили. Украинские историки объясняют разгром «борцов за свободу Украины» со свастикой на рукаве тем, что советские подразделения имели огромное преимущество в танках, но это очередная ложь, так как разгром полка проходил в лесном массиве, где применение танков и авиации было невозможным. Численность подразделений с обеих сторон была примерно одинаковой, а пулеметов и минометов у украинских СС было даже больше.

17 июля советские кавалеристы практически полностью уничтожили батальон связи дивизии, который забыли отвести в тыл. Теоретически его мог спасти находящийся рядом запасной батальон дивизии, но, как вспоминал его командир гауптштурмфюрер СС Иоганес Кляйнов, у него бы только 60 единиц стрелкового оружия. В связи с этим он построил свой батальон численностью около 800 человек и спросил, кто хочет добровольно пойти на выручку батальону связи, и ни один из украинцев не выразил такого желания, зато все 37 немцев согласились идти на выручку украинцам. 

На следующий день немецкая группировка, в состав которой входила и дивизия СС «Галичина», оказалась в окружении. 19 июля 29-й, 31-й и остатки 30-го полка дивизии подверглись массированному налету авиации, а затем были атакованы 68-й советской стрелковой дивизией. После этого дивизия практически перестала существовать, развалившись на отдельные группировки, потерявшие связь с вышестоящим командованием и друг с другом. Западные украинцы стали самовольно оставлять свои боевые позиции, иногда бежали целые роты во главе с командирами. 

Это подтверждается тем фактом, что вечером этого дня командир дивизии бригаденфюрер СС Фриц Фрейтаг прибыл к командиру корпуса генералу Гауфе и попросил отстранить его от командования дивизией, так как он утратил контроль над ней. Его просьба была отвергнута. Тогда Фрейтаг прибыл в 29-й полк, единственный, с которым у него была связь, и провел в штабе совещание. Командир 1-й роты 29-го полка гауптштурмфюрер Порфирий Силенко позже вспоминал, что он предложил предложил бросить все тяжелое вооружение и транспорт, посадить раненых на лошадей и прорываться. То есть фактически отдать приказ «Спасайся кто может!». По его словам, командир дивизии отверг это предложение, заявив: «Вы знаете, как трудно получить войсковое снаряжение и как трудно его получить снова — потеряв?» После этого следуют рассуждения Силенко о том, что из-за скупердяйства немецкого генерала погибло множество украинцев и если бы приняли его гениальное предложение, то потери дивизии были бы значительно меньше. На самом деле из немецких документов следует, что Фрейтаг заявил, что без тяжелого вооружения дивизия будет сразу раздавлена советскими танками, а бросать раненых недопустимо при любых обстоятельствах, ведь большинство из них не могут ехать на лошадях.

21 июля около 14 часов немецкая 361-я пехотная дивизия при поддержке 249-й бригады штурмовых орудий сумела прорвать советское кольцо в районе Белого Камня. Сразу же из окружения, бросив позиции, вышли остатки 29-го полка дивизии СС «Галичина». Тяжелое вооружение украинские эсэсовцы бросили почти все, а некоторые потеряли и личное оружие. При этом вышестоящий начальник дивизии — командир 13-го корпуса генерал Гауфе — попал в плен вместе с двумя другими генералами и 17 тысячами подчиненных. Что касается дивизии СС «Галичина», то фактически она перестала существовать. Дивизию, которую немцы обучали больше года, Советская Армия раздолбала за шесть дней. Ее потери составили более 80% личного состава, из трех командиров полков выбыли из строя два, а из 27 командиров рот — 17.

Уцелевшие украинские эсэсовцы, живя на пенсии в Канаде, США и Западной Европе, обожали писать мемуары, которые сейчас массово издаются на Украине. Это «На дорогах Европы» унтершарфюрера Романа Лазурко, «Воспоминания фронтовика» обершарфюрера Евстахия Загачевского, «Так война войною…» унтерштурмфюрера Ярослава Овада, «Мозаика моих воспоминаний» штурмбаннфюрера Евгена Побегущего, «Башни и пулеметы» шутце Павло Грицака, «Воспоминания полевого духовника» капеллана оберштурмфюрера Исидора  Нагаевского, «УПА и дивизия «Галичина» обершутце Василя Сирского и еще множество других воспоминаний и интервью. В них авторы красочно описывают, как героически воевала дивизия СС «Галичина» под Бродами, как «рядами выкашивались пулеметным огнем москали» и «все поле было покрыто трупами советских оккупантов Украины». Причина разгрома дивизии у всех авторов тоже одна — бездарность немецкого командования и его нежелание выдвигать на высокие командные должности «гениальных стратегов и тактиков из числа украинских офицеров». Вот только одно они объяснить не могут: почему же дивизию, совершившую неисчислимые подвиги (по их словам), немцы сразу же убрали с фронта и до самого конца войны ее туда не возвращали? И еще один факт: после боев под Бродами были награждены 280 человек из состава дивизии, из них украинцев, составляющих подавляющее большинство в ней, было всего 57 человек.

Да и бригаденфюрер СС Фриц Фрейтаг явно был не в восторге от своей дивизии. После выхода из окружения он сразу отправился во Львов, где долго на повышенных тонах и с использованием недипломатических выражений «благодарил» губернатора Вехтера за инициативу создания дивизии, из-за которой рухнула его карьера. Однако он ошибся. 6 августа на личной встрече рейхсфюрер СС Генрих Гиммлер, выслушав его доклад о крайне низких боевых качествах дивизии, отклонил его предложение о ее расформировании и оставил его командовать ее. Главе СС были нужны каратели, а то, что сотворили украинские эсэсовцы в польских селах, ему явно понравилось.  

Для пополнения дивизии провели срочную мобилизацию на остатках контролируемой немцами территории Западной Украины. В отличие от весны 1943 года, теперь добровольцев на службу в СС не было. Был усилен контроль над украинцами в дивизии за счет увеличения в три раза численности полевой жандармерии — немецкого аналога заградительных отрядов. Вместо взвода была образована рота полевой жандармерии, в которой служили только немцы, которыми командовал оберштурмфюрер СС Вильгельм Драпац.

23 августа 1944 года вспыхнуло Словацкое национальное восстание, а 19 сентября Фрейтаг получил приказ перебросить свою дивизию в эту страну. Современные украинские историки с гордостью пишут, что дивизия воевала с регулярными частями словацкой армии и даже с советскими воздушными десантниками, заброшенными в Словакию из СССР в составе 2-й чехословацкой парашютной бригады. Также они с упоением перечисляют села и города, которые «освободили» (интересно от кого?) украинские эсэсовцы. При этом умалчивается тот факт, что когда первые подразделения дивизии СС «Галичина» прибыли 28 сентября в район восстания, то основные силы словацкой армии и партизан уже были разбиты. Эсэсовцы с Украины уничтожали только уцелевшие немногочисленные разрозненные группы восставших. Это доказывает журнал боевых действий дивизии, из которого следует, что ее потери убитыми за время боевых действий до 30 ноября составили всего 33 человека.

Значительно больше дивизия потеряла из-за дезертирства — 93 человека. Украинские мифотворцы утверждают, что бежали эсэсовцы в УПА, а вот материалы военно-полевого суда показывают, что чаще всего они искали приюта у одиноких словацких женщин, рассказывая им небылицы про то, как их, пламенных антифашистов, загребли насильно в дивизию СС. Интересный случай произошел после того как полевая жандармерия поймала восемь украинских дезертиров. На суде они в один голос убеждали немецких офицеров, что они не дезертиры, а попали в плен к словацким партизанам, бежали оттуда и как раз возвращались в дивизию. От расстрела это их не спасло. 

Рейхсфюрер СС, очевидно, был доволен действиями дивизии в Словакии, и в качестве поощрения 12 ноября его приказом дивизия была переименована и стала называться 14-я гренадерская дивизия войск СС «Украина». 21 января 1945 года в дивизию пришел приказ Гиммлера о переброске дивизии в Словению своим ходом. Прибыть она должна туда не позднее 28 февраля. Для перевозки имущества было приказано конфисковать у словаков лошадей. В пригороде города Жилина обершутце Панас Войтюк так увлекся этим, что прибрал заодно и велосипед, за что и был расстрелян.

Зимний пеший поход в Словению через Австрию все эсэсовцы с ужасом вспоминают в своих мемуарах. Евген Побегущий спустя десятилетия возмущается тем, что ночевали они в хлевах, так как в немецких домах украинцам спать было запрещено. Даже ему — штурмбаннфюреру и командиру батальона! Двое офицеров-украинцев решили переночевать в опечатанном доме. Они сорвали печать, не посмотрев, кто ее сложил, а это было гестапо. Разумеется, оба были сразу арестованы. Один из них — адвокат дивизионного суда Владимир Мурович — бежал самым простым способом: дождался смены караула, начал стучать в дверь камеры, а когда ее открыли, сказал, что закончил общение с арестованным и спокойно вышел. Из дивизии он сразу дезертировал, а его напарника расстреляли. 

А капеллан Исидор Нагаевский вспоминает случай с эсэсовцем Евгеном Кульбабой из села Борщовицы под Львовом, который съел галеты из своего НЗ — неприкосновенного запаса продовольствия. В ожидании суда на привале его привязали шнуром к подводе, но он и оттуда сумел стащить и съесть полфунта маргарина. Суд традиционно приговорил его за галеты и маргарин к расстрелу. Капеллан спросил его о последнем желании и Кульбаба ответил: «Я хочу йсты». Ему дали хлеб и колбасу. Он их съел, и его сонародники дали по нему залп. После выстрелов он еще дышал. Украинцы могли оставить его — немецкий офицер ушел, но командир отделения не поленился, подошел и всадил ему пулю в голову.

В Словении в состав дивизии был включен 31-й батальон шутцманшафта, состоящий из украинцев и отличившийся своими зверствами при подавлении Варшавского восстания. Служивший в нем компанифюрер Роман Кувелюк установил связь с четниками, подчиняющимися королевскому правительству Югославии в изгнании, и начал подбивать сослуживцев перебежать на их сторону. 12 марта 1945 года он и еще 27 эсэсовцев были расстреляны «за участие в мятеже», как сказано в приговоре. Дивизия не смогла выполнить поставленную задачу и разгромить 14-ю партизанскую дивизию Народно-освободительной армии Югославии, но оттеснила партизан маршала Тито от шоссе Мозырье — Солчава. Впрочем, большого значения это не имело, так как вскоре Словения была освобождена от нацистской оккупации. За время пребывания в Словении дивизия потеряла 37 человек убитыми и 48 дезертировавшими.

С 24 марта дивизия находилась на грани исчезновения, и уничтожить ее решила не Советская Армия, а … Адольф Гитлер! В этот день на совещании, услышав ее новое название, он закричал: «Я не знаю, как может существовать украинская дивизия СС!» и отругал Гиммлера за переименование галицийской дивизии в украинскую. После чего приказал ее разоружить, а оружие передать немецким подразделениям. На следующий день Гиммлер издал соответствующий приказ. Однако 28 марта издал новый приказ, запрещающий передачу оружия вермахту до особого распоряжения. Третий рейх еще существовал, но уже не все приказы Гитлера исполнялись.

К 30 марта 1945 года в дивизии насчитывалось 13 818 человек, из которых немцев было 1619 человек. К тому времени она была переброшена из Словении в Австрию и попала снова на фронт, заняв позицию между Фельдбахом и Радкерсбургом. Если бы Советская армия нанесла удар именно на этом участке, то нетрудно было бы догадаться, что ждало бы «борцов за свободу Украины», присягнувших в верности Гитлеру. К их счастью, на этом участке шли лишь позиционные столкновения, что не мешает бурной фантазии современных украинских мифосоздавателей писать о «крупных победах украинской дивизии, когда вокруг немецкие соединения терпели поражение за поражением».

Тем не менее 17 марта 1945 года украинские националисты действительно одержали победу. В этот день их немецкие хозяева разрешили им вывести УЦК из состава Комитета освобождения народов России, который возглавлял генерал Власов — «клятый москаль» по их терминологии. Вместо него в Веймаре был создан Украинский национальный комитет (УНК). Его возглавил Павло Шандрук. Он был штабс-капитаном в царской армии, генерал-хорунжим в петлюровской армии и полковником в польской армии. Как и многие офицеры дивизии СС «Галичина», он воевал против немцев в сентябре 1939 года, а затем до 1944 года был директором кинотеатра в местечке Скерневицы в оккупированной Польше, пока снова не понадобился немцам. В качестве главы УНК Шандрук развил кипучую деятельность. Он первым делом добился провозглашения УНК создания Украинской народной армии (УНА), назначения себя ее главнокомандующим и присвоения ему звания генерал-полковника. Раньше за такое он бы как минимум отправился в концлагерь, как Бандера в 1941 году, но весной 1945 года в преддверии близкого и неминуемого краха в Третьем рейхе царила такая неразбериха, что его руководителям явно было не до украинцев. Павло Шандрук пошил себе и своему адьютанту Мариану Циолко мундиры с трезубцами и начал искать признания армии, состоящей из двух человек, у немецких руководителей и подчинения ей подразделений Третьего рейха, состоящих из украинцев, прежде всего дивизии СС «Украина». Он получил письмо с признанием от Альфреда Розенберга. Тот возглавлял министерство оккупированных восточных территорий, а так как таких территорий уже не было, то сидел он всеми забытый в Берлине и был счастлив отблагодарить украинских националистов, вспомнивших о нем. Заручился Шандрук и поддержкой инициатора создания дивизии Отто Вехтера, повышенного к тому времени до группенфюрера СС. 

Вместе они 17 апреля поехали в Фелькермаркт к Карлу Марксу, который продолжал командовать учебно-запасным полком и стал уже штандартенфюрером СС. Если бы Шандрук приехал один, то Карл Маркс, очевидно, как минимум послал бы его куда подальше. Письмо Розенберга о передаче дивизии в УНА на него не произвело никакого впечатления, так как рейхсминистр никакого отношения ни к СС, ни к армии не имел. Но с Шандруком был Вехтер, а послать эсэсовского генерала Карл Маркс не мог. Поэтому он разрешил гостям осмотреть полк, пообщаться с украинскими эсэсовцами, а сам сообщил об их визите командиру дивизии Фрейтагу, который находился на передовой. Вернувшись оттуда, он 19 апреля принял Вехтера и Шандрука. В своих воспоминаниях Шандрук указывает, что Фриц Фрейтаг согласился служить в украинской армии. Об этом же пишет множество украинских пропагандистов, называющих себя историками. В качестве доказательства такого невероятного согласия они ссылаются на приказ Фрейтага №71 и при этом указывают, что он не сохранился, так как его уничтожили вместе с другими документами в последние дни существования дивизии. Это заставляет усомниться в его подлинности, тем более что в нем неправильно указан процент немцев в личном составе дивизии.

Но даже если предположить, что приказ №71 подлинный, то для вывода дивизии из состава СС был необходим как минимум приказ Гиммлера, а о таком никто и никогда не слышал. Таким образом, нет никаких сомнений, что 1-я дивизия УНА — незаконная и самопровозглашенная, придуманная Шандруком. Это название очень любят в современных исторических музеях на Украине писать на стендах, посвященных украинским эсэсовцам, чтобы не было возмущения иностранных посетителей. Там же на переднем плане фото украинских офицеров дивизии, которых Шандрук успел переодеть в форму с трезубцами. Любопытно, что некоторое время в дивизии было два штаба. Один, как и прежде, в расположении 29-го полка, а второй у Карла Маркса в учебно-запасном полку, в котором верховодил Павло Шандрук. Его агитация находила поддержку у украинцев полка, так как они понимали, что война близка к концу и встретить ее лучше в украинской дивизии, чем в дивизии СС, которую считали преступной организацией даже Великобритания и США после того, как их войска освободили несколько концлагерей. Во всех украинских исторических трудах, посвященных дивизии, с гордостью сообщают, что 25 апреля 1945 года она приняла присягу на верность Украине. Вот только всегда умалчивается тот факт, что из пяти полков дивизии присягу принесли лишь два — учебно-запасной и 30-й, что составляет менее 37% украинского личного состава дивизии. При этом трое офицеров присягали уже в седьмой раз, ранее они присягнули русскому царю, Центральной раде, гетману Скоропадскому, Петлюре, Польше и Гитлеру, остальные офицеры присягали реже. Впрочем, даже в полках, принявших украинскую присягу, мало что изменилось: все старшие офицеры по-прежнему были немцами, командный язык оставался, соответственно, немецким и подчинялись все бригаденфюреру СС Фрицу Фрейтагу. Только теперь традиционное приветствие «Хайль Гитлер!» чередовалось со «Слава Украине!».

Павло Шандрук сумел также привести к присяге на верность Украине противотанковую бригаду Freie Ukraine («Свободная Украина»), созданную из бывших украинских полицаев и карателей, которую он формально назвал 2-й дивизией УНА. Затем он объявил о включении в УНА кавалерийских подразделений «Украинского вольного казачества», 281-й запасной бригады в Дании, двух пехотных полков охранной службы в Бельгии и Голландии, трех батальонов полевой жандармерии и нескольких подразделений зенитной артиллерии. Даже к концу войны в немецкой армии служили десятки тысяч украинцев, и они были рады перейти, пусть даже формально, в УНА, надеясь на снисхождение западных союзников. Нельзя также забывать, что немало украинцев служило и в Русской освободительной армии Власова. Тем не менее их было в сотни раз меньше, чем в Советской армии. Там одних Героев Советского Союза из Украины было 2089.

О том, что украинская дивизия на самом деле до последнего дня подчинялась СС, свидетельствуют все последующие события. 4 мая Шандрук вернулся в дивизию и отдал тайный приказ сниматься с позиций и двигаться на запад для сдачи в плен. Следующей ночью началось его выполнение, но Фрейтаг расстрелял нескольких украинцев и дивизия осталась на старых позициях. Тогда 6 мая Шандрук, собрав украинских  офицеров, предложил им поднять мятеж, захватить немецких офицеров и передать их англичанам или американцам, которые за это, возможно, более благосклонно отнесутся к украинской дивизии. В мемуарах недобитых эсэсовцев — уроженцев Украины говорится, что они отказались арестовывать «своих командиров и товарищей по оружию, с которыми два года били большевиков». Интересно: где и когда били? Еще более интересно: во всех этих мемуарах немецкие офицеры СС представлены как надменные дураки, ненавидящие украинцев и издевающиеся над ними, а тут вдруг про них впервые пишут хорошие слова. На самом деле, скорее всего, причиной отказа от мятежа был факт, что вокруг были немецкие части и, узнав о захвате немецких офицеров, они сразу придут им на помощь и перестреляют украинских эсэсовцев.

В тот же день одновременно с совещанием у Шандрука проходило совещание в штабе 4-го танкового корпуса СС, в состав которого входила и украинская дивизия. Его проводил командир — обергруппенфюрер СС Герберт Гилле, там присутствовал и Фриц Фрейтаг. На нем было принято решение на следующий день скрытно оставить позиции и отступать на запад для сдачи англо-американским войскам, а прикрывать отход корпуса должна была 14-я гренадерская дивизия войск СС «Украина», которая должна была начать отступление на сутки позже — 8 мая. Как видите, для немцев никакой 1-й дивизии УНА по-прежнему не существовало.

В этот же день по приказу Шандрука гауптштурмфюрер Любомир Макарушка, которого он повысил в звании до майора УНА, выехал на запад и в районе Клагенфурта встретился с представителями британской армии. Те пообещали, что в случае сдачи им украинская дивизия не будет выдана СССР. Правда, точно такое же обещание британские офицеры давали и казакам из 15-го казачьего корпуса СС фон Паннвица, а затем их выдали. 7 мая в дивизии с ужасом ожидали советского наступления, сжигали документы и считали часы до отступления. 8 мая в шесть утра стали сниматься с позиций артиллерийские подразделения. Советские войска заметили это и подвергли позиции дивизии мощному артиллерийскому и минометному обстрелу, стала наносить удары и авиация. От полного разгрома дивизию спасло то, что не началось советское наступление. Шел последний день войны, и, очевидно, советское командование не хотело жертвовать своими людьми. 

Дивизия стала отступать на запад, но отступление превратилось в паническое бегство, когда стали поступать донесения о наступление с юга Народно-освободительной армии Югославии. Она могла отрезать пути отхода к англо-американским войскам, а попасть к ней в плен было еще хуже, чем в советский. Там еще можно было надеяться на отправку в ГУЛАГ, а бывшие партизаны маршала Тито расстреливали попавших к ним украинских эсэсовцев сразу без суда и с

по материалам: riafan.ru

Дивизия СС «Галичина»: безжалостные каратели и герои Украины. Колонка Владимира Тулина обновлено: Август 19, 2019 автором: Елена Фролова
Не пропустите самое важное в "Google Новостях" от THEUK.ONE
Нажмите, чтобы поделиться новостью
Сегодня в выпуске
11.12.19
Курс фунта стерлингов укрепляется в ожидании парламентских выборов
11.12.19
Фото больного ребенка в больнице NHS стало репутационным капканом для Джонсона
11.12.19
Al Quds (Великобритания): остерегайтесь грядущего китайского колониализма!
11.12.19
Французский депутат потребовала объяснить "бездействие" правительства в отношении Ассанжа
11.12.19
Компания Facebook отказалась предоставить властям США доступ к зашифрованным сообщениям
Загрузка...
Будьте вежливы. Отправляя комментарий, Вы принимаете Условия пользования сайтом.

Текст комментария будет автоматически отправлен после авторизации

Настоятельно рекомендуем вам придерживаться вежливой формы общения, избегать любого незаконного, угрожающего, оскорбительного, непристойного или грубого обращения к другим посетителям ресурса.
Загрузка...
Реклама
Читать дальше