Общество: Иракский джин вырвался из бутылки: Израиль в фокусе

Ранее в резиденции главы правительства Израиля в Иерусалиме прошли переговоры премьер-министра Биньямина Нетаньяху и президента России Владимира Путина, прибывшего для участия в международном форуме памяти жертв Холокоста, проводимом под лозунгом «Сохраняем память о Холокосте, боремся с антисемитизмом». Приветствуя Путина, Нетаньяху поблагодарил его за «прочную связь между Россией и Израилем, которая служит нашим народам и стабильности в регионе». Путин, в свою очередь, заявил: «Мы регулярно и очень плотно работаем с премьер-министром, давно договорились о визите в Израиль, уверен, что это пойдет на пользу развития наших двухсторонних отношений. И конечно, у нас у всех большая миссия сегодня вспомнить о жертвах Холокоста».

Переговоры были краткими из-за плотного графика Путина.

На эту встречу была приглашена Яффа Иссахар (Иссасхар), мать Наамы Иссахар, осужденной в РФ на 7,5 лет лишения свободы по обвинению в контрабанде наркотиков.

Затем Путин направился в резиденцию президента Израиля Реувена Ривлина, где состоялась короткая беседа.

Позже Путин принял участие в открытии в иерусалимском парке Ган Сакер монумента «Свеча памяти», посвященного подвигу героических защитников и жителей Ленинграда в годы блокады. (newsru.co.il)

«Хизбаллу» признали террористической организации Колумбия и Гондурас, которые присоединились к Аргентине и Парагваю, признавшим ее террористической организацией ранее. Колумбия утвердила полный список террористических организаций, принятый США, в который входят, среди прочего, КСИР, ХАМАС и «Исламский джихад», — сказал Нетаньяху.

Он поблагодарил страны, которые присоединились к Израилю и США в борьбе с глобальным терроризмом. «Это важный шаг. Призываю остальные страны присоединиться к этому процессу», — резюмировал он.

На сегодняшний день «Хизбаллу» признали террористической организацией в США, Израиле, Канаде, Австралии, Нидерландах, Аргентине, Парагвае, Гондурасе и Великобритании. Также к вышеперечисленным странам присоединились Лига арабских государств и Совет сотрудничества стран Персидского залива. (mignews.com)

Возможно, даже теперь — после гибели более 400 демонстрантов и ухода в отставку иракского премьер-министра Адиль Абдул-Махди, судить о том, чем закончатся беспорядки в этой стране еще рано. Одно, тем не менее, уже можно сказать с определенностью: происходящая там нынче трагедия стала закономерным результатом бесконечного непонимания ситуации как среди самих участников драмы, так и тех, кто наблюдает за ней со стороны.

Начнем, пожалуй, с тех, кто считает, будто свержение Саддама Хусейна стало отправной точкой в ​​путешествии, которое изначально могло привести лишь в преисподнюю. Они утверждают, что, мол, поскольку силой навязать демократию невозможно, США напрасно вторглись в Ирак и сместили Саддама Хусейна. Эти люди напрочь игнорируют тот факт, что, хотя силой навязать демократию действительно нельзя, препятствия на пути к демократии этой самой силой вполне могут быть успешно устранены.

Есть и те, кто убежден, что, хотя Саддама больше нет, «саддамизм» по-прежнему остается доминирующей чертой в жизни этой страны. Недаром, мол, в багдадских кафе только и разговоров, что об опасности появления нового Саддама.

Те, кто придерживается подобной точки зрения, забывают о том, что большинство иракцев уже мало знакомы с эпохой Саддама, и их вряд ли преследуют навеянные его режимом кошмары. Две трети сегодняшних иракцев даже не родились в 1963 году, когда баасисты захватили в Ираке власть. Почти половина была детьми в 2003 году, когда Саддама захватили американцы в яме под Тикритом.

Поэтому беседуя с багдадскими чиновниками и экспертами, трудно поверить в конспиративные теории, утверждающие, что сотни тысяч иракцев, мол, готовы рисковать сегодня своими жизнями лишь для того, чтобы отомстить за безжалостного диктатора, давно преданного забвению.

Другие чиновники, прагматично стремящиеся избежать конспирологических объяснений, полагают, в свою очередь, что беспорядки были вызваны катастрофическим ухудшением уровня общественных услуг, плохими экономическими показателями и широко распространившейся коррупцией.

Эти факторы, безусловно, сыграли свою роль. Однако трудно усомниться в том, что у восстания есть и другие, куда более глубокие причины.

В конце концов, в сегодняшнем Ираке уровень общественных услуг значительно лучше, чем десять лет назад, когда даже Багдаду и Басре приходилось терпеть регулярные перебои с электроэнергией и сталкиваться с нехваткой воды. Иракская экономика работает лучше и надежнее, чем экономика Ирана. Одним словом, материальный уровень среднего иракца сегодня выше, чем пять лет назад.

Поэтому псевдомарксистские интерпретации, основывающиеся на тех или иных теориях классовой борьбы и экономических факторах, не должны вводить нас в заблуждение.

Правящая элита Ирака преимущественно состоит из бывших изгнанников, людей, которые на протяжении десятилетий жили за пределами Ирака и которые до сих пор держат свои семьи в Иране, Европе, арабских странах или США. Многие из них имеют двойное гражданство, хотя некоторые и отказались от своих заграничных паспортов. Это не значит, что они любят Ирак меньше, чем кто-либо другой. Но факт остается фактом: обладая иным жизненным опытом, нежели те, кто родился и вырос в Ираке, они не вполне понимают, каким желает видеть Ирак большинство его жителей, и прежде всего молодое поколение.

Подавляющее большинство сегодняшних жителей страны не только значительно моложе правящей ими элиты, но часто еще и куда лучше образовано и технологически подковано. При этом поколение смартфонов и планшетов обладает также гораздо более широким выбором в доступе к телеканалам, радиостанциям и печатным изданиям, чем в эпоху Саддама, жестко контролировавшего «медию».

Иракские чиновники пребывают в недоумении — каким образом такое множество иракцев, в том числе и тех, кто, в соответствии со статистикой, совершенно неграмотен, умудряется отправлять и получать текстовые сообщения на свои смартфоны.

Эти чиновники не понимают, что даже самый отсталый феллах теперь вполне способен, усвоив зачатки алфавита и обладая словарным запасом в несколько сотен слов, выплеснуть свой гнев и ярость, чтобы скоординировать действия с теми, кто разделяет его недовольство.

Высокопоставленный чиновник Министерства финансов в Багдаде, заявивший недавно в шутку, мол, все проблемы из-за того, что нынче «любой туземец» обладает мнением «обо всем на свете», даже не осознал того, что посмеялся над своей собственной отсталостью и непониманием современных реалий.

Точно так же существует и катастрофическое непонимание ситуации со стороны.

В Тегеране, где аятоллы явно потрясены размахом и яростью восстания, ошибочно убеждают себя в том, что бунт, мол, является результатом деятельности иракского суннитского меньшинства, стремящегося отомстить шиитскому большинству, доминирующему сегодня в правительстве.

Ежедневная тегеранская газета «Кайхан», как считается, отражающая взгляды «Верховного лидера» Али Хаменеи, недавно вновь повторила эту ошибочную предпосылку в редакционной статье, утверждая, что, мол, только 15% участников восстания являются шиитами. Более того, издание еще и сообщило, что большинство этих шиитов к тому же относится к последователям самозваного великого аятоллы Махмуда Хасани ас-Сахри, представителям фракций Мавлави и Ямани, а также к базирующемуся сегодня в Лондоне движению «Ширази». Иными словами, речь, мол, идет исключительно о шиитских отщепенцах и маргиналах.

В статье также приводится список населенных в основном суннитами районов Багдада как основных источников бушующей толпы, громящей столицу Ирака. Этот отчет явно выглядит, как рапорт агентов развед. отдела Сил Кудс генерала Кассема Сулеймани, которым трудно сегодня объяснить, как заявленная их лидером «фатх аль-фотух» («победа побед») в Ираке рискует теперь превратиться в крупнейшее в истории поражение хомейнистов.

Причина этого самообмана проста — лидерам Ирана, утверждающим, что, мол, именно они возглавляют всеобщее шиитское возрождение, и потому именно им суждено завоевать мир, превратив Белый дом в Вашингтоне в Хусейнию, очень трудно теперь признать, что их консульства и учреждения культуры в Ираке разгромлены, а их флаги сожжены своими же собратьями-шиитами.

Впрочем, не меньшее непонимание ситуации царит и в кругах должностных лиц США, считающих, что восстание стало результатом борьбы за власть в правящей элите Ираке, и что все это еще может быть взято под контроль путем перераспределения карт в ходе очередных всеобщих выборов.

Эти чиновники, к сожалению, не понимают, что происходящее сегодня восстание направленно в равной степени против всех сегментов правящей элиты и их иностранных спонсоров. В первую очередь это, разумеется, касается Ирана, однако в ничуть не меньшей мере средний иракец возмущен и продолжающимся присутствием в Ираке американцев, хотя оно и находится сегодня на рекордно низком уровне за все 15 лет.

Неприятие иностранной интервенции касается и Турции, которая, не устраивая громогласных песен и плясок (как это делал Кассем Сулеймани, хвалясь о своих «победах»), обеспечила себе 11 военных баз на иракской земле.

Следует также заметить, что Багдад в наши дни стал излюбленным местом для всевозможных экспертов, в том числе и из США, рассматривающих Ирак в качестве этакого лоскутного одеяла из различных племен, которые можно запугивать или покупать.

Недаром на пике своей карьеры, в должности командующего США в Ираке, генерал Дэвид Петреус имел буквально ценник на лояльность иракских кланов. Но и те дни давно прошли. Привязанность нового поколения иракцев к своему племенному происхождению является скорее сентиментальной, нежели действительно влияющей на их решения и действия, поэтому главам кланов непросто управлять своими «семьями».

Подводя итог, можно сказать следующее: в Тегеране ошибаются, думая, что можно прекратить восстание с помощью жестокости и кровопролития, как это произошло в Сирии.

В Вашингтоне же напрасно полагают, что еще одни выборы по тем же правилам и с тем же составом персоналий успокоят страсти.

Аятоллы ан-Наджафа (священного центра иракских шиитов — прим. переводчика) сами вводят себя в заблуждение, полагая, что иракцы подчинятся их фетвам, как это происходило поколение назад.

Наконец, вожди племен и кланов обманывают себя, рассчитывая, будто получив «жирный чек», «большой шейх» сумеет успокоить своих родственников.

Все эти многочисленные непонимания со всех сторон, способны серьезно затормозить вступление Ирака в новый этап своей современной истории, в качестве национального государства. Одного они, тем не менее, не сумеют — они уже не загонят иракского джина обратно в бутылку. Автор: (Амир Тахери)

Иракский джин вырвался из бутылки: Израиль в фокусе обновлено: 24 января, 2020 автором: Елена Фролова
Реклама
Нажмите, чтобы поделиться новостью
Реклама
Будьте вежливы. Отправляя комментарий, Вы принимаете Условия пользования сайтом.

Текст комментария будет автоматически отправлен после авторизации

Настоятельно рекомендуем вам придерживаться вежливой формы общения, избегать любого незаконного, угрожающего, оскорбительного, непристойного или грубого обращения к другим посетителям ресурса.
Загрузка...
Реклама
Читать дальше