5ce805cc183561ce138b459d-2

Стоит отдать должное уходящему премьер-министру Великобритании Терезе Мэй. Она продержалась на своём посту на полгода дольше, чем предсказывали те эксперты, которые внимательно следили за развитием событий на Туманном Альбионе. Ей прочили отставку к концу минувшей осени. А она объявила о сложении с себя полномочий лишь 24 мая 2019-го. 7 июня на её месте уже должен оказаться кто-то другой.

Также по теме

Претенденты на пост главы Консервативной партии и кресло премьера Великобритании Борис Джонсон и Майкл Гоув
«Джентльменской конкуренции не будет»: как в Великобритании идёт борьба за пост премьер-министра

Количество кандидатов на пост председателя правящей Консервативной партии и премьер-министра Великобритании постоянно растёт — сейчас...

Её премьерство ознаменовалось перманентным политическим кризисом. Мэй не может предъявить Консервативной партии и британскому избирателю ни одного серьёзного достижения. Если, конечно, не считать таковым шумную кампанию по обвинению России после загадочного инцидента в Солсбери в марте 2018 года. Тогда при непонятных обстоятельствах экс-сотрудник ГРУ Сергей Скрипаль и его дочь Юлия были то ли отравлены и отправлены в больницу, то ли в срочном порядке спрятаны спецслужбами Её Величества.

Но даже эта история обратилась против премьера. Работодателем Скрипаля, отставным агентом MI6 Кристофером Стилом, уже давно интересуются в Вашингтоне. Именно он был автором скандального «русского досье» на Трампа, которым воспользовались в 2016 году ФБР и Минюст для получения ордера на прослушку избирательного штаба Дональда. Поскольку досье оказалось, мягко говоря, не имеющим отношения к действительности, Стил стал потенциальным ключевым свидетелем в деле против сотрудников американских спецслужб, заподозренных в заговоре против президента США.

В августе 2018 года глава юридического комитета сената Чак Грассли запросил у британских властей расшифровку допроса Стила, осуществлённого в рамках гражданского делопроизводства по иску компании XBT Holding, упомянутой в более ранней версии досье. Позже стало известно, что британские спецслужбы знали о составленном Стилом документе. Пока непонятно, имели ли они отношение к его составлению, но 19 мая 2019 года издание The Telegraph сообщило, что главы MI5 и MI6, а также ближайшие советники Терезы Мэй были подробно ознакомлены с его содержанием.

Более того, британские силовики помогли заокеанским коллегам начать разработку как минимум одного советника Трампа — Джорджа Пападопулоса. 22 мая 2019 года член комитета палаты представителей по разведке Девин Нуньес передал президенту США список из семи вопросов, которые, по его мнению, следует задать премьеру Мэй относительно участия разведсообщества Соединённого Королевства в «русском деле». Двумя днями позже, стоя перед дверью своей официальной резиденции на Даунинг-стрит, 10 в Лондоне, премьер-министр заявила о своём уходе.

Сложно сказать, насколько на это решение повлияла угроза разоблачения сомнительных делишек спецслужб. Причин для отставки Мэй было немало. Несмотря на данное народу Великобритании обещание, премьер-министр так и не смогла обеспечить плавный выход страны из Европейского союза. Ей не удалось продавить через палату общин тот вариант «развода» с ЕС, который был согласован с Брюсселем. В 2017 году для упрочения своей власти глава правительства пошла на внеочередные выборы, на которых её ждал неприятный сюрприз: правящая партия едва-едва сохранила большинство. Консерваторы ворчали. В прессу просачивалась информация об их недовольстве своим лидером.

За последний год кабинет Мэй покинули несколько ключевых министров. И хотя в январе 2019 года она с небольшим перевесом голосов получила вотум доверия парламента, уже в марте появились сообщения, что «следующий раунд переговоров по брекситу будет вести другой лидер».

Четыре раза в этом году (15 января, 14 февраля, 12 и 29 марта) палата общин голосовала против плана Мэй по выходу Британии из Евросоюза. 22 апреля руководители 70 местных парторганизаций тори подписали петицию с требованием провести очередное голосование по вопросу доверия правительству. Двумя днями позже однопартийцы премьера потребовали её отставки. После этого Тереза Мэй продержалась ещё месяц, пытаясь залатать прорехи в своём кабинете и заново заручиться поддержкой влиятельных парламентариев. Всё было тщетно.

24 мая перед резиденцией на Даунинг-стрит, 10 поставили трибуну. Подойдя к ней, премьер пустила ритуальную слезу и заявила о своём уходе.

Правительство Мэй было сформировано летом 2016 года после исторического референдума о членстве в ЕС. Несмотря на заверения социологов и победные реляции тогдашнего премьер-министра Дэвида Кэмерона, избиратель проголосовал за выход из Евросоюза. Кэмерон, как и обещал, ушёл в отставку. Партия парламентского большинства приступила к выборам нового лидера.

Также по теме

Тереза Мэй объявляет об отставке
«Сложнее, чем можно представить»: к каким политическим последствиям может привести отставка Терезы Мэй

До 20 июля правящая Консервативная партия Великобритании должна выбрать нового лидера и премьер-министра страны. Наиболее вероятным...

В определённом смысле провал нового кабинета был предрешён. Брексит стал одним из первых электоральных событий, которые в 2016—2018 годах потрясли западную элиту. Народ со всей определённостью сказал нет планам «глобального начальства» и потребовал перемен. Но референдум не повлёк за собой никаких изменений в органах власти Великобритании, если не считать добровольной отставки главы правительства.

В дальнейшем так называемые популисты записали на свой счёт несколько важных побед. В США президентом стал Дональд Трамп. В Австрии правительство сформировали две правые партии, причём одна из них перед выборами прошла через чистку рядов и смену руководства, а в Италии мейнстримные партии были наголову разгромлены антисистемными силами. А вот народ Британии новых политических лидеров в 2016-м не получил. Те люди, которые более всего вложились в брексит, к принятию государственных решений допущены не были. Так, глава Партии независимости Соединённого Королевства (UKIP) Найджел Фарадж покинул свой пост. Главный организатор кампании за выход из ЕС Аррон Бэнкс сосредоточился на налаживании связей между евроскептиками Европы и американскими популистами. В «приличное общество» на Туманном Альбионе его предпочитали не пускать.

В рядах тори не было согласия в вопросе о брексите. За «развод» с континентальной Европой ратовали отнюдь не все. Одним из активных сторонников выхода из-под власти Брюсселя был бывший мэр Лондона Борис Джонсон. Пару недель он даже считался фаворитом в борьбе за кресло премьера. Но в аппаратной игре он оказался человеком неопытным. Его ближайший соратник Майкл Гоув (в то время министр юстиции) вонзил ему нож в спину, выдвинув свою кандидатуру на пост главы правительства и заявив, что Джонсон «не тот человек, которому можно доверить брексит». В знак солидарности с Борисом от борьбы отказался другой активный сторонник выхода из ЕС Доминик Рааб.

Помимо Джонсона и Рааба, за премьерство в 2016-м сражались пять человек: Тереза Мэй (в то время министр внутренних дел), уже упомянутый Майкл Гоув, Андреа Ледсом, Лиам Фокс и Стивен Крэбб. Практически сразу выяснилось, что парламентарии-тори более всего доверяют Мэй.

Ирония ситуации заключалась в том, что она была противницей расставания с европейским начальством. Тем не менее ей пришлось пообещать, что воля британского избирателя будет исполнена. Она даже предложила Борису Джонсону стать министром иностранных дел, задвинув предавшего его Гоува на заштатную должность министра окружающей среды. Особый пост министра по делам брексита получил со временем и Доминик Рааб.

Единство партии было сохранено, приличия соблюдены, но факт оставался фактом: руководить правительством стал убеждённый проевропейский политик. И Джонсон, и Рааб были вынуждены со временем покинуть кабинет из-за разногласий с премьером. Локомотивы кампании за выход из ЕС остались не у дел.

Более того, Арроном Бэнксом, Найджелом Фараджем и некоторыми другими несистемными брекситерами очень интересовались следователи из команды американского спецпрокурора по «русскому делу» Роберта Мюллера. Так что если в 2016—2017 годах британские силовики помогали американским коллегам в поиске (и фабрикации) компромата на Дональда Трампа, то в 2018-м пришла пора ответной услуги.

Сложно сказать, что удалось «накопать» Мюллеру. Его расследование закончено, но ценная информация, добытая им, может пригодиться не только в Лондоне, но и в Брюсселе, если на Туманном Альбионе что-то пойдёт не так. Из недавнего скандала, разрушившего правящую коалицию в Австрии, мы знаем, что компрометирующие материалы могут преспокойно ждать своего срока два-три года, когда они станут востребованными. Особую ценность могут представлять наработки по бывшему советнику Дональда Трампа Стивену Бэннону, который в 2015—2016 годах активно взаимодействовал с UKIP, а в последние месяцы консультировал популистов и евроскептиков перед выборами в Европарламент, завершившимися в минувшее воскресенье.

Схема понятна. В Британии избиратель голосует за брексит — в отношении победителей ведется следствие. В США побеждает Трамп — он и его соратники попадают «под колпак Мюллера». В Австрии побеждают евроскептики — на них уже есть компромат. Результаты голосования в законодательный орган ЕС не устраивают Брюссель — что ж, и здесь на «политических выскочек» имеется материал.

И всё-таки ситуация в Соединённом Королевстве особая. Дональд Трамп управляет страной почти два с половиной года. Итальянские евроскептики у власти год и два месяца. Австрийские возглавляли правительство более полутора лет. В Великобритании же кабинет министров — несмотря на референдум 2016-го и всеобщие выборы 2017-го — возглавляет человек, который всегда был противником перемен.

Некоторые британские евроскептики убеждены, что Тереза Мэй всё прошедшее с лета 2016-го время саботировала брексит. В их доводах есть разумное зерно. Сделка с Брюсселем, которую премьер-министр пыталась продавить через парламент, — самая невыгодная для Соединённого Королевства из всех возможных.

По ней Лондон теряет всякое влияние на общеевропейские дела, но вынужден соблюдать все основные правила ЕС — торговые, таможенные и миграционные. Каким бы распрекрасным ни был новый глава правительства, у него почти не осталось времени для нового торга с Евросоюзом. Всё время потратила Мэй.

Да и откуда взяться у руля страны такому прекрасному человеку со свежим взглядом на проблемы брексита? В 2016-м в борьбе за премьерское кресло участвовали (если не считать Мэй) Джонсон, Рааб, Гоув, Ледсом, Фокс и Грэбб. В 2019-м участвуют Джонсон, Рааб, Гоув, Ледсом, Фокс… Стивен Грэбб свою кандидатуру на сей раз не выдвинул.

Зато отметились другие тори: министр здравоохранения Мэтт Хэнкок, министр иностранных дел Джереми Хант, министр иностранного развития Рори Стюарт, министр внутренних дел Саджид Джавид, министр обороны Пенни Мордонт, министр финансов Лиз Трасс, а также депутаты-заднескамеечники Эстер Макви, Грэм Брэди, Прити Патель и Стив Бэйкер. То есть те же самые люди, что и в 2016-м, плюс члены кабинета Терезы Мэй, а также парламентарии, которые даже в январе 2019-го всё ещё голосовали за доверие уходящему премьер-министру, но не смогли обеспечить реализацию её плана брексита, равно как и не предложили никакой вразумительной альтернативы.

У нового премьера не будет никакой свободы манёвра. Старейшины партии уже заявили, что не допустят к управлению страной человека, выступающего за так называемый жёсткий брексит, то есть за выход из состава ЕС без всякой сделки с Брюсселем. С заявлением о недопустимости жёсткого брексита выступил также второй человек в Лейбористской партии Том Уотсон. А это значит, что впереди очередной раунд переговоров с руководством Евросоюза с участием новых-старых лидеров и прежним результатом.

Проблема Великобритании состоит в том, что это государство после одного из самых судьбоносных голосований в своей новейшей истории (референдума 2016 года) не получило правящую партию или коалицию, олицетворяющую результат этого голосования. Тасуется всё та же колода политиков — то ли саботажников, то ли хронических лузеров.

Новая сила нарождается, но с катастрофическим опозданием. Недавно созданная и возглавленная Найджелом Фараджем Партия брексита, согласно данным агентства YouGov, перед голосованием в Европарламент имела рейтинг 37% (вместе с UKIP, Change UK и неприсоединившимися — почти 50%), в то время как правящая Консервативная партия, делящая портфели в новом кабинете, — всего лишь 7%. Разумеется, чтобы конвертировать этот рейтинг в смену власти, брекситерам придётся дожидаться всеобщих выборов. Очередные состоятся только в 2022 году. Внеочередные проштрафившаяся британская элита будет всячески блокировать. А ведь 31 октября 2019-го — окончательная дата «развода» с континентальной Европой.

Политический кризис в Соединённом Королевстве будет продолжаться. В нём можно винить кого угодно: Фараджа, Трампа, русских хакеров, неразумных избирателей. Но чтобы покончить с ним, старейшей демократии мира потребуется нечто нетривиальное. Например, проявление власти со стороны монаршей особы. Её Величество вполне может настоять на срочном переизбрании палаты общин (например, отказавшись утверждать любую кандидатуру на пост премьера). Вот это, кстати, был бы номер!

К нынешним же претендентам на пост главы правительства Великобритании идеально подходят слова русского классика: «А вы, друзья, как ни садитесь…»

Точка зрения автора может не совпадать с позицией редакции.

По материалам: rt.com

Кризис будет продолжаться обновлено: Май 27, 2019 автором: Елена Фролова
Не пропустите самое важное в "Google Новостях" от THEUK.ONE
Нажмите, чтобы поделиться новостью
Реклама
Будьте вежливы. Отправляя комментарий, Вы принимаете Условия пользования сайтом.

Текст комментария будет автоматически отправлен после авторизации

Настоятельно рекомендуем вам придерживаться вежливой формы общения, избегать любого незаконного, угрожающего, оскорбительного, непристойного или грубого обращения к другим посетителям ресурса.
Читать дальше