Общество: Le Monde (Франция): освобождение Освенцима — борьба за историю между Россией и Польшей

Как в Москве, так и в Варшаве, руководство пользуется историей Второй мировой войны в националистических целях.

75 годовщина освобождения нацистского концлагеря Освенцим в Польше должна была создать условия для общего совместного размышления о прошлом. Памятное мероприятие пройдет 23 января в израильском мемориале Яд ва-Шем, однако его перетягивают на себя два государства, чье руководство превратило националистическое прочтение истории в политическое оружие.

В первую очередь это касается Владимира Путина, который ведет настоящий крестовый поход с целью переписать роль Советского Союза в войне. Воспользуется ли он предложенной Израилем трибуной, чтобы сделать новые полемические заявления? Второй лидер, президент Польши Анджей Дуда, не будет присутствовать на мероприятии в знак протеста.

Четыре дня спустя на территории Освенцима, где был ликвидирован миллион человек, сложится противоположная картина: там состоятся традиционные памятные мероприятия в честь освобождения лагеря, но Путина туда не пригласили.

Противостояние касается прежде всего политики, а не истории. Отказ поляков от участия в мероприятиях в Иерусалиме был воспринят в Москве как победа. Чтобы убедиться в этом, достаточно ознакомиться с вышедшей на эту тему статьей близкого к Кремлю Российского института стратегических исследований под названием «Варшава проиграла Москве исторический спор». В РИСИ считают, что еще декабре прошлого года Москва впервые провела «упреждающий удар» в «исторической войне», которую ей объявила Варшава.

На самом деле, стратегия Москвы больше напоминает ковровую бомбардировку, поскольку тема Второй мировой войны задействовала за последние недели целей ряд официальных лиц. Начиная с Владимира Путина, который пообещал еще 18 января заткнуть «поганый рот» тем, кто пытается переписать историю.

Путинский монолог

Президент России сделал не одно публичное заявление с тем, чтобы в первую очередь минимизировать значение пакта Риббентропа-Молотова 1939 года, тайный протокол к которому касался раздела Восточной Европы межу Берлином и Москвой. Этот документ ставится на один уровень с предыдущими договорами нацистской Германии, в частности с Мюнхенским соглашением, которое та подписала в 1938 году с Францией, Германией, Великобританией и Италией. Одержимость этой темой возникла в стране не сегодня, а закон 2014 года даже создал условия для преследователя пользователей интернета, которые выступили с критикой пакта.

Как бы то ни было, основа путинской риторики заключалась в критике предполагаемой роли Польши в развязывании войны. Во время встречи с коллегами из региона 20 декабря 2019 года российский лидер произнес часовой монолог с напоминанием о том, что Варшава участвовала в разделе Чехословакии и даже проводила там теракты.

Несколько дней спустя он назвал польского посла в довоенном Берлине «антисемитской свиньей», поскольку тот поддержал предложение о переселении евреев из Европы в Африку. При этом Юзеф Липский известен тем, что помогал евреям бежать из Германии. «Проблема заключается в интерпретации и выборе документов», — говорит историк Сергей Радченко из Кардиффского университета.

Варшава была застигнута врасплох, и ответ польского премьера Матеуша Моравецкого был опубликован лишь девять дней спустя, причем с переводом на английский и русский язык. В нем он вновь назвал Польшу «первой жертвой войны», которая «раньше других столкнулась с агрессией гитлеровской Германии и советской России», «первым государством, которое сражалось за свободную Европу». Тем самым он вновь подчеркнул два столпа польского подхода к истории Второй мировой войны: равнозначность нацизма и коммунизма, представление поляков исключительно в качестве жертв или героев.

Политизация истории

Такая позиция, которую продвигают стоящие у власти правые, переплетена с политическими соображениями и нацелена на приуменьшение масштабов преступлений против евреев, а также отношения к ним со стороны части населения и вооруженных групп.

17 января Министерство обороны России опубликовало новые «рассекреченные» документы о поддержке восстания в Варшаве в 1944 году со стороны советских войск. Это противоречит утверждениям о том, что Красная армия позволила польскому сопротивлению погибнуть до того, как вмешалась сама. Упоминается также ликвидация поляками находившихся в городе украинцев и евреев и «бескорыстная» помощь, которая была предоставлена Польше после войны.

В политизации истории российской властью нет ничего нового. Царский и советский периоды рассматриваются исключительно через призму противостояния с Западом. Великая Отечественная война, как в России называют Вторую мировую, является здесь высочайшим эталоном.

Как лидер «лагеря добра», ради которого Советский Союз пожертвовал 27 миллионами граждан, Москва в принципе должна быть безгрешной. В течение последних лет история периода сталинских репрессий переписывается и смягчается. Занимающиеся изучением прошлого организации вроде «Мемориала» называются врагами и сталкиваются со штрафами от судов.

Рост напряженности

Новый подъем напряженности объясняется не только соперничеством двух подходов к истории, которые стремятся перечеркнуть любую попытку ее критического прочтения.

Принятие Европейским парламентом в сентябре 2019 года резолюции о «европейской истории», которая ставит на один уровень коммунизм и нацизм, бесспорно, повлияло на Москву. В то же время этот документ был мотивирован нервозностью Варшавы и Прибалтики по поводу российского ревизионизма в том, что касается ГУЛАГа и убийства польских офицеров в Катыни. Незадолго до начала года юбилейных празднований (в 2020 году будет отмечаться 75 годовщина победы) Путин явно усмотрел в этом оскорбление и угрозу.

«Как во внутреннем плане, так и на международной арене, легитимность российской власти в значительной мере опирается на историю победы и послевоенные геополитические завоевания, — напоминает аналитик и бывший дипломат Владимир Фролов. — Путин вспоминает об ошибке Горбачева, который начал обсуждение преступлений Сталина и его альянса с Гитлером, что способствовало подрыву легитимности советской власти в стране и Восточной Европе».

Андрей Колесников из Центра Карнеги добавляет и другой нюанс: «Польша осмелилась заявить о своей роли независимого деятеля и своем суверенитете, тогда как в соответствии с российскими историческими представлениями она является всего лишь буфером между Западом и Востоком». Леонид Бершидский из «Блумберга» отмечает, что Польша представляет собой удобную цель в связи со своей уязвимостью. Это объясняется не только отвратительными отношениями Варшавы с Брюсселем, но и ее участием в других конфликтах вокруг истории, в частности в том, что касается Второй мировой войны и Израиля.

В 2018 году международная общественность не оставила без внимания принятие закона (несколько месяцев спустя его отменили), который предусматривал тюремный срок за заявление о причастности Польши к холокосту или другим военным преступлениям.

Этот момент, а также существенная доля русскоязычного населения в Израиле и политические расчеты премьера Биньямина Нетаньяху способствуют благоприятному отношению нынешнего израильского правительства к российской позиции, хотя методы ее построения и цели мало чем отличаются от польской.

 

Le Monde (Франция): освобождение Освенцима — борьба за историю между Россией и Польшей обновлено: 22 января, 2020 автором: Елена Фролова
Реклама
Нажмите, чтобы поделиться новостью
Реклама
Будьте вежливы. Отправляя комментарий, Вы принимаете Условия пользования сайтом.

Текст комментария будет автоматически отправлен после авторизации

Настоятельно рекомендуем вам придерживаться вежливой формы общения, избегать любого незаконного, угрожающего, оскорбительного, непристойного или грубого обращения к другим посетителям ресурса.
Загрузка...
Реклама
Читать дальше