Общество: Spiegel (Германия): Зимняя Олимпиада 1980 года — удар по Москве

Все было как обычно. Я сидел на кухне, в Винтропе, расположенном  неподалеку от Бостона. Мама готовила завтрак. Это был вторник, 26 февраля 1980 года. В тот день она улыбалась больше, чем обычно и задавала один вопрос за другим. Он хотела знать все, что произошло за последние две недели. С чего же было начать?

В тот момент, когда я все рассказывал, я и не подозревал, что за две недели произошло то, что полностью изменило мою жизнь. Вскоре передо мной открылись невероятные возможности — выступления в телевизионных шоу, приглашения на турниры по гольфу с участием знаменитостей, разъезды по всей стране с выступлениями. Обо всем этом две недели назад я и мечтать не мог. Я был простым хоккеистом и в сравнение не шел с игроками НХЛ. На протяжении всей моей карьеры меня считали середнячком. Только в колледже я достиг некоторых высот и в середине 70-х годов стал известным игроком, по крайне мере, на северо-востоке страны, выступая в команде Бостонского университета.

И вот теперь меня знала вся Америка. За день до этого президент Джимми Картер (Jimmy Carter) принимал меня и других игроков команды в Белом доме. Тысячи человек приветствовали нас, многие плакали от радости. Они гордо держали в руках американские флаги, все выглядели счастливыми. Только в тот момент я осознал, что мы нашей золотой медалью и, прежде всего, победой над Советским Союзом вдохновили всю нацию. Мы, команда неизвестных студентов, победили Советский Союз. Повсюду говорили о «чуде на льду». Джимми Картер говорил о «самой большой сенсации в истории американского спорта».

Мы знали, что настроение в стране плохое

Когда мы выходили на церемонии открытия Олимпийских игр на стадион в Лейк-Плэсиде, у меня впервые было чувство, что я представляю свою страну. Все, что должно было произойти потом, я воспринимал как бонус. В олимпийском турнире играли двенадцать команд. Мы прошли хорошую подготовку, наш тренер Херб Брукс (Herb Brooks) привел нас к турниру в отличной форме. Я был капитаном, и все мы считали даже бронзу чем-то абсолютно нереальным.

Что думали о нас люди, что писали в газетах, всего этого мы не знали. Мы жили в олимпийской деревне в Лейк-Плэсиде как в изоляции, были огорожены от внешнего мира. Вместе с тем, мы знали, что настроение в стране было не самое лучшее. Несколько месяцев назад иранские студенты взяли в заложники 52 американца в посольстве США в Тегеране. Цены на бензин в стране были на рекордно высоком уровне.

Когда мы в первом матче группового турнира вышли против сильных шведов, мы не подозревали, что многие американцы в последующие две недели, одушевленные нашими успехами, отложили в сторону свои заботы. Счет матча был 2:2, а уже в следующей игре против Чехословакии мы выиграли со счетом 7:3. Эксперты и болельщики были удивлены. Я же уже после той игры знал, что мы отличная команда.

Русские были зрелые

После трех следующих побед над Норвегией, Румынией и ФРГ мы достигли нашей первой цели и вошли в четверку лучших. 22 февраля мы играли с командой СССР. Советская команда была явным фаворитом, а мы до начала турнира ни разу с ней не встречались. Она выступала в другой группе и к тому же играла в другой лиге.

За 13 дней до игры мы провели товарищеский матч в «Мэдисон-сквер-гарден» в Нью-Йорке и проиграли советской сборной со счетом 3:10. Это было неудивительно, ведь советская команда выиграла золото на предыдущих четырех олимпиадах. Официально они считались любителями, но тренировались в профессиональных условиях. В ходе пяти матчей до встречи с нами игроки советской команды забили 51 шайбу. Мы испытывали огромное уважение к ним, они были выдающимися игроками. Но мы тоже знали, на что мы способны. Для нас это была только игра. Но в сознании общественности речь шла и о политике. Многие игроки советской команды выступали за армейский клуб ЦСКА и являлись солдат Красной Армии. Советская армия с 1979 году присутствовала в Афганистане. Джимми Картер из-за ввода  советских войск в Афганистан принял решение бойкотировать летнюю Олимпиаду в Москве, которая проходила пятью месяцами позже.

Херб Брукс произнес невероятную речь. При этом ему совсем не нужно было нас мотивировать. «Вы родились, чтобы стать хоккеистами, сегодня ваш момент», — повторял он. Русские зрелые. Если их кто-то и сможет победить, то это мы.

«Вы верите в чудо?»

Когда мы вышли на лед, во мне одновременно смешались нервозность, напряжение и предвкушение радости. Мы хотели держать игру «открытой» как можно дольше. И нам это удавалось. За секунду до окончания первого периода шайбу забросил Марк Джонсон (Mark Johnson), счет стал 2:2. Когда мы вышли во втором периоде, то удивились — в воротах советской сборной стоял не Владислав Третьяк, а запасной вратарь Мышкин. В то время Третьяк был лучшим вратарем в мире. Я подошел к нашему тренеру, но тот сказал, что мне стоит заботиться об игре, а не о русских.

В последнем периоде прошло восемь минут матча, счет был 2:3. Мы играли в открытую игру, к которой и стремились. Марк Джонсон даже добился ничьей. Фанаты вскочили со своих мест, атмосфера на стадионе была невероятной. Через 80 секунд я получил шайбу в восьми метрах от ворот советской сборной, передо мной находился только один игрок команды противника. Он немного заслонял ворота, так что мой удар был немного неожиданным для Мышкина, и он не смог его отразить. Мы вели со счетом 4:3. Все игроки американской команды навалились на меня. «США, США!» — скандировали трибуны.

Оставалось десять минут. Русские были обескуражены и просто бросали шайбу вперед, обычно они такого никогда не делали. Наш вратарь Джим Крейг (Jim Craig) играл матч своей жизни, защитники тоже были на высоте. С каждой дальнейшей минутой советская команда играла все судорожнее, а мы все увереннее. Когда завершились последние секунды матча, зрители еще долго продолжали стоять на трибунах. Телекомментатор Эл Майклс (Al Michaels) кричал в микрофон: «Вы верите в чудеса?» Соотношение бросков в матче было 39:16 в пользу советской команды, но итоговый результат был 4:3 в нашу пользу.

Невероятное возмущение в глазах противника

Когда мы после матча пожимали игрокам руки на средней линии, я увидел невероятное возмущение в глазах членов советской сборной. У них в голове не укладывалось, как они могли проиграть команде студентов. Мы обнимали друг друга в раздевалке, некоторые плакали о счастья. Меня тут же позвали в телевизионную студию для интервью. На улицах ликовали болельщики, пели национальный гимн и размахивали флагами.

Через два дня мы со счетом 4:2 выиграли в матче против Финляндии и так неожиданно завоевали золото. Поскольку на пьедестале было только одно место, на нем стоял я как капитан команды. Справа от меня стоял капитан советской команды Борис Михайлов с серебряной медалью. Он меня кратко поздравил, потом я посмотрел вперед — поднимался американский флаг, играл гимн. Я подозвал игроков моей команды к пьедесталу. И они набросились на меня, как в матче после моей победной шайбы.

После совершенного нами «чуда на льду» американские дипломаты продолжали находиться в заложниках в Тегеране. Советские войска еще в течение девяти лет присутствовали в Афганистане, а бензин оставался все таким же дорогим. Нашей победой мы не решили ни одну из этих проблем. Но мы сумели сплотить и воодушевить целую страну. Журнал Sports Illustrated выбрал нас «командой века».

Spiegel (Германия): Зимняя Олимпиада 1980 года — удар по Москве обновлено: 21 февраля, 2020 автором: Елена Фролова

Мотиноринг ситуации с корона-вирусом в мире на официальном сайте https://koronavirus.center

Реклама
Нажмите, чтобы поделиться новостью
Реклама
Будьте вежливы. Отправляя комментарий, Вы принимаете Условия пользования сайтом.

Текст комментария будет автоматически отправлен после авторизации

Настоятельно рекомендуем вам придерживаться вежливой формы общения, избегать любого незаконного, угрожающего, оскорбительного, непристойного или грубого обращения к другим посетителям ресурса.
Загрузка...
Реклама
Читать дальше

Советы по безопасности