Общество: Стресс, страх и некомпетентность – главные подозреваемые в расследовании тегеранской авиакатастрофы (The Times, Великобритания)

Как могла иранская ракетная система SA-15 (Тор-М1 по российской классификации — прим. ред.) сбить украинский пассажирский «боинг», выполнявший рейс PS 752? Множество чиновников в США уже рассказали СМИ американского «мейнстрима», что у американских военных есть убедительные доказательства причастности иранской ракеты класса «земля-воздух» к уничтожению пассажирского лайнера вскоре после того, как он вылетел из аэропорта в Тегеране. Жертвами стали все 176 человек на борту.

Фотографии, якобы сделанные рядом с меcтом падения самолета, циркулируют в медиа-пространстве с утра минувшего четверга. На них можно увидеть почерневшие от дыма носовую и хвостовую части ракеты, которую обычно запускают при помощи ракетного комплекса SA-15 российского производства. Такие комплексы есть на вооружении у Ирана. Но как могли иранские вооруженные силы ошибиться в отношении пассажирского лайнера, который к тому же только-только вылетел из иранского же аэропорта?

Большинство жертв оказались иранцами, среди погибших есть также много канадцев. Иранское правительство напряженно работало над тем, чтобы восстановить свой подотставший от санкций сектор гражданской авиации после того, как по ядерному соглашению «шестерки» важных стран мира с Ираном со страны были частично сняты эти самые санкции. Кроме того, Иран получает конвертируемую валюту за то, что его воздушное пространство используют международные авиалинии — для регулярных пассажирских перевозок. Все это — убедительные причины для того, чтобы исключить версию, по которой Иран мог сбить самолет умышленно. У режима просто не было резона сбивать рейс PS 752.

По идее не должен был быть возможен и несчастный случай, в результате которого пассажирский лайнер был бы сбит системой ПВО случайно. Лайнеры после того, как они поднимаются со взлетной полосы коммерческого аэропорта получают то, что у профессионалов называется контрольно-радарным обслуживанием. Это значит, что пилоты следуют заранее намеченному полетному плану, а все свои повороты и изменения высоты согласовывают с авиадиспетчерами.

Рейс PS 752 также излучал транспондерный распознавательный код, то есть сигнал, который сообщает каждому современному радару регистрацию своего носителя (таким образом радар может определить, что за самолет он обнаружил), а также все данные о высоте и положении самолета в пространстве — и все это в режиме реального времени. Беда случилась на «исхоженной» подлетной тропинке вблизи загруженного международного аэропорта.

SA-15 — это современная система ПВО, имеющая техническую возможность принимать и декодировать сигналы от транспондеров, а также принимать и расшифровывать военные коды узнавания по системе «свой-чужой». Операторы этого комплекса ПВО по идее должны были иметь более чем достаточно информации, дающей понять: перед ними — пассажирский самолет. Более того, в момент предполагаемого попадания ракеты самолет набирал высоту на уровне где-то 8 тысяч футов. А это очень нетипичное для любой боевой ракеты или военного самолета. Это все должно было быть ясно экипажу комплекса ПВО SA-15.

И последнее: никаких нарушений иранского воздушного пространства со стороны США в тот вечер обнаружено не было. Тем более не наблюдалось ничего подобного в глубине страны — там, где расположен Тегеран. Могли ли зенитчики, управлявшие ракетным комплексом с ракетами типа «земля-воздух», решить в этих условиях: «Рейс PS 752 — это угроза, а потому мы должны открыть по нему огонь?»

Вся эта цепь вроде бы ставящих в тупик ошибок — вся она могла бы быть объяснена тем фактом, что команды иранской ПВО находились в состоянии полной боевой готовности с момента убийства генерала Касема Сулеймани. Они могли быть утомлены. Только что Иран произвел удары с использованием баллистических ракет по базам США в Ираке. А значит, вся сеть иранского ПВО изготовилась к отражению американского ответного удара.

Комлекс ПВО SA-15 так сконструирован, что он может действовать «на отшибе» от общей системы ПВО, взаимодействуя прежде всего с мобильными наземными силами. А значит, он мог иметь меньше доступа к «большой картине» воздушного пространства, чем комплексы большего радиуса действия, видящие все это пространство с передвигающимися в нем военными и гражданскими самолетами.

Когда авиация Соединенных Штатов (или другого государства) проводит удары против какой-то страны с системой ПВО, эту систему чаще всего «выбивают» в самом начале воздушной операции, чтобы расчистить для нее дорогу. Так что экипаж комплекса был, похоже, напуган. Бойцов могли также пугать последствия любой их ошибки — и со стороны режима, и со стороны их вышестоящих начальников. Не дай Бог им прозевать потенциальную угрозу в случае, если ответная атака США все же состоится.

Ни один из этих возможно действовавших факторов не извиняет совершивших ошибку — если они ее действительно совершили. И только  в этом случае и вправду можно говорить о трагических последствиях некомпетентности. А также о целой серии вполне избегаемых ошибок — да еще и совершенных в условиях кризиса, который можно было избежать. Мы говорим о допущениях — но сейчас эти допущения выглядят более резонными, чем все другие возможные объяснения трагедии. По крайней мере — на данный момент.

Джастин Бронк — ученый, специалист по военной авиации и ее технологиям в Королевском институте объединенных служб (Великобритания)

Стресс, страх и некомпетентность – главные подозреваемые в расследовании тегеранской авиакатастрофы (The Times, Великобритания) обновлено: 10 января, 2020 автором: Елена Фролова
Нажмите, чтобы поделиться новостью
Будьте вежливы. Отправляя комментарий, Вы принимаете Условия пользования сайтом.

Текст комментария будет автоматически отправлен после авторизации

Настоятельно рекомендуем вам придерживаться вежливой формы общения, избегать любого незаконного, угрожающего, оскорбительного, непристойного или грубого обращения к другим посетителям ресурса.
Загрузка...
Реклама
Загрузка...
Читать дальше