Общество: The Washington Post: разведывательный успех века

Более полувека страны всего мира доверяли одной-единственной компании, которая обеспечивала секретность переписки их разведчиков, военных и дипломатов.

Эта компания под названием «Крипто» (Crypto AG) добилась первого успеха, получив контракт на изготовление шифровальных машин для американской армии во время Второй мировой войны. Заработав на этом большие деньги, она на долгие десятилетия стала ведущим производителем устройств для шифрования, идя в ногу с техническим прогрессом и переходя от механики к электрике, а потом к кремниевым микросхемам и компьютерному программному обеспечению.

Эта швейцарская фирма получила миллионы долларов, долгие годы продавая свое оборудование в 120 с лишним стран. Среди ее заказчиков был Иран, военные хунты Латинской Америки, ядерные противники Индия и Пакистан, и даже Ватикан.

Но ни один из клиентов «Крипто» не знал, что ее тайным владельцем является ЦРУ, заключившее совершенное секретное соглашение о партнерстве с западногерманской разведкой. Эти шпионские ведомства переделывали шифровальные устройства компании таким образом, что могли с легкостью взламывать коды, использовавшиеся различными странами при отправке шифровок.

О действовавшем на протяжении десятилетий соглашении, которое стало одним из наиболее тщательно охраняемых секретов холодной войны, рассказывается в обширных секретных материалах ЦРУ об этой операции. Их удалось получить газете «Вашингтон Пост» и немецкой общественной телекомпании ZDF (Второе немецкое телевидение), которые разработали совместный репортерский проект на эту тему.

В этих материалах названы имена руководивших этой программой сотрудников ЦРУ и руководителей компании, которым было доверено ее осуществление. Журналисты проследили возникновение данного рискованного начинания и выяснили подробности внутренних конфликтов, которые едва не пустили программу под откос. Это история о том, как Соединенные Штаты и их союзники долгие годы пользовались доверчивостью других стран, брали их деньги и крали их секреты.

Данная операция, которая сначала носила кодовое название «Тезаурус», а потом «Рубикон», считается одной из самых дерзких в истории ЦРУ.

«Это был разведывательный успех века, — отмечается в материалах ЦРУ. — Иностранные государства платили немалые деньги США и Западной Германии за то, чтобы их самую секретную переписку читали как минимум две страны (а иногда пять или шесть)».

Начиная с 1970 года ЦРУ и Агентство национальной безопасности, занимавшееся дешифровкой, контролировали почти все аспекты деятельности компании «Крипто». Они вместе с немецкими партнерами участвовали в принятии кадровых решений, конструировали ее технику, вскрывали алгоритмы и давали указания, кому что продавать.

А потом американские и западногерманские шпионы усаживались поудобнее и начинали слушать.

Они следили за иранскими муллами во время захвата заложников в 1979 году, передавали Британии разведывательную информацию об аргентинских вооруженных силах во время войны за Фолкленды, отслеживали заказные убийства южноамериканских диктаторов и даже перехватили переговоры ливийских руководителей, поздравлявших друг друга с успешным взрывом берлинской дискотеки в 1986 году.

У программы были свои недостатки. Главные противники Америки, в том числе, Советский Союз и Китай, никогда не покупали технику «Крипто». Они вполне обоснованно подозревали компанию в связях с Западом, и это защитило их шифровальные службы, хотя история ЦРУ свидетельствует о том, что американские шпионы многое узнали, следя за контактами других стран с Москвой и Пекином.

А еще были бреши в системе безопасности, навлекшие серьезные подозрения на «Крипто». Опубликованные в 1970-х годах документы рассказали об обширной и изобличающей переписке между основоположником АНБ и основателем «Крипто». У иностранных государств возникали подозрения из-за беспечных заявлений государственных деятелей, в том числе, президента Рональда Рейгана. А в 1992 году в Иране был арестован торговый агент «Крипто», понятия не имевший о том, что он продает переделанное оборудование. В материалах ЦРУ сообщается, что это вызвало катастрофическую огласку.

Но об истинных масштабах сотрудничества компании с ЦРУ и с немецкими разведчиками до сих пор никто ничего не говорил.

Федеральная разведывательная служба Германии БНД посчитала, что риск разоблачения слишком велик, и в начале 1990-х отказалась от участия в операции. Но ЦРУ выкупило немецкую долю и продолжило свою работу, досуха выжимая из «Крипто» все шпионские тайны вплоть до 2018 года, когда управление продало принадлежавшие ему активы компании.

К тому времени позиции «Крипто» на международном рынке безопасности несколько ослабли по причине широкого распространения онлайнового кодирования. Если раньше устойчивое шифрование было компетенцией государств и крупных корпораций, то сейчас оно получило такое же распространение, как приложения на смартфонах.

Тем не менее операция «Крипто» актуальна и для современного шпионажа. Ее масштабы и продолжительность помогают объяснить, как у США появилась неутолимая жажда слежки и наблюдения, которую в 2013 году разоблачил Эдвард Сноуден. Эхо «Крипто» звучит и в подозрительной возне вокруг современных компаний, якобы связанных с иностранными государствами, в том числе, вокруг российской антивирусной фирмы Касперского, приложения текстовых сообщений, имеющего связь с Объединенными Арабскими Эмиратами, и китайского телекоммуникационного гиганта «Хуавэй».

Этот рассказ основан на истории ЦРУ и на параллельном повествовании БНД, с которым тоже ознакомились журналисты «Вашингтон Пост» и ZDF, а также на интервью с действующими и бывшими сотрудниками западных разведок и с работниками «Крипто». Многие просили не называть их имена из-за деликатности рассматриваемого вопроса.

Истории ЦРУ и БНД необыкновенны. Секретные разведывательные документы периодически рассекречивают и делают достоянием гласности. Но это был исключительно редкий, а то и беспрецедентный шанс познакомиться с достоверной, полученной из первоисточника историей всей тайной операции целиком. Редакции газеты удалось прочесть все документы, однако показавший их источник настоял на том, что публиковать можно только выдержки.

ЦРУ и БНД от комментариев отказались, хотя американские и немецкие представители не стали оспаривать подлинность документов. Первым материалом стал 96-страничный отчет об операции, составленный в 2004 году Центром изучения разведки, внутренним историческим подразделением ЦРУ. Второй материал — это устная история, составленная в 2008 году немецкими разведчиками.

Эти параллельные рассказы повествуют о трениях между партнерами из-за денег, власти и этических соображений. Западных немцев часто изумлял тот энтузиазм, с которым американские шпионы следили за союзниками.

Но обе стороны заявляют, что операция оказалась чрезвычайно успешной, превзойдя их самые смелые прогнозы и ожидания. Иногда, в том числе в 1980-х годах, на долю «Крипто» приходилось примерно 40% дипломатических шифртелеграмм и прочей переписки иностранных государств, расшифрованных и проанализированных криптоаналитиками АНБ на предмет ценной разведывательной информации.

Все это время компания получала миллионные прибыли, которые ЦРУ и БНД делили между собой и тратили на другие операции.

Продукция «Крипто» до сих пор используется в нескольких странах мира, а ее оранжево-белый знак по-прежнему можно увидеть над штаб-квартирой компании, расположенной возле швейцарского города Цуг. Но сама компания была ликвидирована в 2018 году акционерами, личность которых установить невозможно, так как они надежно защищены запутанными законами Лихтенштейна, крошечного европейского государства с репутацией Каймановых островов по причине финансовой секретности.

Большую часть активов «Крипто» приобрели две компании. Первая, «СайУан Секьюрити» (CyOne Security), была создана в результате выкупа компании ее руководством. Сейчас она продает системы безопасности исключительно властям Швейцарии. Вторая, «Крипто Интернешнл» (Crypto International), получила бренд ликвидированной фирмы и ее международный бизнес.

Обе настаивают на том, что никаких связей с разведывательными службами у них нет, и что они ничего не знали о принадлежности «Крипто» ЦРУ.

У «СайУан Секьюрити» более существенные связи с распущенной «Крипто», в том числе, потому что генеральный директор новой компании занимал такую же должность в «Крипто» почти 20 лет, и все это время частью ее акций владело ЦРУ.

Представитель «СайУан Секьюрити» отказался обсуждать историю «Крипто», однако заявил, что у новой фирмы «нет никаких связей с иностранными разведывательными службами».

Андреас Линде (Andreas Linde) в настоящее время возглавляет «Крипто Интернешнл». Этой компании принадлежат права на продукцию и международный бизнес «Крипто». Он сказал, что не знал о связях компании с ЦРУ и БНД, пока не ознакомился с фактами из этой статьи.

«У нас в „Крипто Интернешнл“ никогда не было никаких отношений с ЦРУ и БНД. Можете меня процитировать, — сказал Линде, давая интервью. — Если сказанное вами правда, то я чувствую себя преданным, моя семья чувствует себя преданной, и у меня такое ощущение, что и многие наши сотрудники и клиенты почувствуют себя преданными».

В этом месяце швейцарское правительство отозвало экспортную лицензию «Крипто Интернешнл». Любопытен момент, выбранный швейцарскими властями для принятия такого решения. Документы ЦРУ и БНД указывают на то, что швейцарские официальные лица на протяжении десятилетий знали о связях «Крипто» с разведывательными службами США и Германии, однако вмешались лишь после того, как стало ясно, что средства массовой информации собираются предать огласке эту схему сотрудничества.

В материалах разведслужб ничего не говорится о том, отказалось ли ЦРУ от участия в этой схеме, и когда оно это сделало. Но в этих документах прослеживается неизбежная в таких случаях необъективность, поскольку написаны они под углом зрения тех, кто готовил и проводил эту операцию. «Рубикон» в этой истории назван триумфом шпионажа, потому что данная операция помогла США одержать верх в холодной войне, дав Вашингтону возможность следить за десятками авторитарных режимов и защищать интересы Соединенных Штатов и их союзников.

В этих документах нет ответов на самые неудобные вопросы, в частности, о том, что США знали о тех странах, которые пользовались шифровальными машинами «Крипто», готовя и осуществляя заказные убийства, проводя этнические чистки и нарушая права человека, и что Америка делала в связи с этим (а чего не делала).

Эти документы могут дать основания для нового изучения вопроса о том, могли ли США вмешаться или, по крайней мере, изобличить творимые за рубежом кровавые бесчинства, и не предпочитали ли они порой хранить молчание, чтобы сохранить доступ к ценным потокам разведывательной информации.

В этих документах не рассматриваются и совершенно очевидные нравственные аспекты операции: обман и использование в своих интересах противников, союзников и сотен ничего не подозревавших сотрудников «Крипто». Многие из них ездили по миру, продавали и обслуживали перенастроенные системы, понятия не имея о том, что они рискуют собственной безопасностью.

Давая интервью, обманутые сотрудники, даже те, у кого были подозрения о сотрудничестве компании с западными разведками, рассказали, что из-за этих разоблачений у них усилилось ощущение того, что их и их клиентов предали.

«Ты думаешь, что делаешь хорошее дело, что обеспечиваешь кому-то безопасность, — сказал инженер-электрик Юрг Шпёрндли (Juerg Spoerndli), 16 лет проработавший в „Крипто“. — И вдруг ты понимаешь, что обманывал своих клиентов».

Но руководители и участники этой тайной программы извиняться не собираются.

«Есть ли у меня угрызения совести? Никаких, — сказал Бобби Рэй Инмэн (Bobby Ray Inman), в конце 1970-х и в начале 1980-х годов работавший директором Агентства национальной безопасности и заместителем директора ЦРУ. — Это был очень ценный источник информации о крупных регионах мира, которые важны для американского руководства».

Операция на воспрещение

Эта обширная и изощренная операция выросла из потребности американских военных в простом и компактном шифровальном устройстве.

Учредитель «Крипто» Борис Хагелин (Boris Hagelin) был предпринимателем и изобретателем, родившимся в России, но бежавшим в Швецию после прихода большевиков к власти. Когда в 1940 году нацисты оккупировали Норвегию, он снова бежал — на сей раз, в США.

С собой он привез шифровальную машину, похожую на прочную музыкальную шкатулку с крепким рычагом сбоку и многочисленными колесиками и зубчатыми передачами внутри жесткого металлического корпуса.

Она была не такой сложной и надежной как шифровальные машины «Энигма», которыми пользовались нацисты. Но машина Хагелина М-209 была портативная, заводилась вручную и идеально подходила для войск на марше. На фотографиях тех лет видно, как солдаты крепили четырехкилограммовые коробки с этой машинкой к ногам. Многие устройства Хагелина удалось сохранить, и они находятся в частном музее в голландском Эйндховене.

Чтобы отправить кодированное сообщение с этого устройства, требовалось приложить немало усилий. Отправитель поворачивал диск буква за буквой, а потом нажимал рычаг. Скрытые зубчатые колеса вращались, и машина выплевывала зашифрованное послание на полоске бумаги. Затем связисту нужно было передать закодированное сообщение получателю азбукой Морзе, а тот, в свою очередь, должен был произвести эти действия в обратном порядке.

Надежность шифрования была невелика, и предполагалось, что почти любой противник при наличии времени способен взломать код. Но на это требовалось несколько часов. А поскольку М-209 использовались в основном в тактическом звене, и сообщения были о перемещениях войск, то к тому времени, как нацистам удавалось расшифровать сообщение, его ценность уже могла значительно снизиться.

Во время войны на фабрике по производству пишущих машинок компании «Смит Корона» (Smith Corona) в американском городе Сиракьюс было изготовлено около 140 000 М-209. Производство было налажено в рамках контракта с сухопутными восками США. Это дало «Крипто» выручку в размере 8,6 миллиона долларов. После войны Хагелин вернулся в Швецию, где вновь открыл свое предприятие. С собой он привез целое состояние и чувство преданности США длиной в целую жизнь.

Тем не менее американские шпионы настороженно следили за его послевоенной деятельностью. В начале 1950-х годов Хагелин создал усовершенствованную версию своей военной шифровальной машины, установив на ней новую, «неоднообразную» механическую последовательность, которая на непродолжительное время поставила в тупик американских дешифровщиков.

Встревоженные возможностями новой машины CX-52 и других устройств компании «Крипто» американцы задумались над так называемой проблемой Хагелина.

В истории ЦРУ тот период назван «темным веком американской криптологии». Советы, китайцы и северокорейцы использовали такие системы шифрования, которые казались неприступными. Американские шпионские ведомства были встревожены, полагая, что если страны начнут закупать у Хагелина надежные машины для шифрования, остальной мир станет для них недоступен.

© CC BY-SA 2.0, Rama | Перейти в фотобанкШифровальная машина Hagelin CX-52

У американцев было несколько рычагов воздействия на Хагелина: его идеологическая привязанность к США, его надежды на то, что Соединенные Штаты останутся ведущим покупателем продукции «Крипто», и завуалированные угрозы американцев подпортить ему перспективы в бизнесе, заполонив рынок машинами М-209, оставшимися на складах после войны.

У США был и более весомый довод: Уильям Фридман (William Friedman). Фридман, которого считают отцом американской криптологии, был знаком с Хагелином с 1930-х годов. Они дружили всю жизнь на почве общих интересов и общего прошлого, поскольку оба были родом из России и восхищались сложностями шифрования.

Операции «Рубикон» могло бы и не быть, если бы два этих человека не пожали друг другу руки за обедом в вашингтонском клубе «Космос» в 1951 году, подписав самое первое секретное соглашение между Хагелином и американской разведкой.

По условиям сделки Хагелин, переведший свою компанию в Швейцарию, должен был продавать самые современные образцы оборудования только тем странам, на которые давали свое «добро» США. Государства не из этого списка должны были получать более старые и слабые системы. Хагелин авансом получил компенсацию в сумме 700 000 долларов за потери в объеме продаж.

У США ушли годы на то, чтобы действовать в соответствии с условиями сделки, поскольку руководство ЦРУ и организации-предшественницы АНБ спорили по поводу содержания и целесообразности данной схемы. Но Хагелин выполнял условия соглашения с самого начала, и в последующие два десятилетия его тайные отношения с американской разведкой углубились.

В 1960 году ЦРУ и Хагелин заключили «лицензионное соглашение», в рамках которого он продлил свои обязательства по первоначальной сделке, получив за это 855 000 долларов. Управление платило ему 70 000 долларов в год авансом, а потом перечисляло компании по 10 000 долларов на «рекламные расходы», чтобы именно «Крипто», а не какие-то другие выскочки в области шифрования, заключала контракты с большинством стран мира.

Это была классическая «операция на воспрещение», как говорят разведчики. Такая схема имеет целью не дать противнику получить оружие или технику, обеспечивающую ему преимущество. Но это было лишь начало длительного сотрудничества «Крипто» с американской разведкой. Через 10 лет вся операция уже целиком принадлежала ЦРУ и БНД.

Дивный новый мир

Американские руководители с самого начала хотели спросить Хагелина, не даст ли он согласие на то, чтобы американские криптологи немного переделали его машины. Но Фридман уговорил их не делать этого, будучи уверенным в том, что для Хагелина это будет перебор.

В середине 1960-х ЦРУ и АНБ увидели новые возможности, когда из-за распространения электронных плат Хагелин был вынужден обратиться за посторонней помощью, чтобы компания могла приспособиться к новым технологиям. В противном случае ей грозило вымирание, так как продолжать производство механических машин было бесперспективно.

Криптологов АНБ в равной степени беспокоили возможные последствия от распространения интегральных схем, которые сулили открыть новую эру нераскрываемых шифров. Но один из ведущих аналитиков агентства Питер Дженкс (Peter Jenks) выявил потенциальную уязвимость.

«Если умный крипто-математик тщательно сконструирует систему на схемах, будет казаться, что она выдает бесконечные потоки случайно выбранных символов, хотя на самом деле все будет повторяться через короткие интервалы, и тогда эксперты АНБ со своими мощными компьютерами сумеют раскрыть эти закономерности», — сказал он.

В 1967 году «Крипто» представила совершенно новую, полностью электронную модель Н-460, внутреннее устройство которой целиком разработали в АНБ.

ЦРУ в своем материале едва ли не ликует по этому поводу, восхищенно заявляя о том, как оно перешло грань. «Представьте себе, что американское правительство убеждает иностранного производителя переделать свое оборудование с выгодой для себя, — говорится в истории ЦРУ. — Это же целый дивный новый мир».

АНБ не стало устанавливать грубые лазейки в обход систем защиты и тайно программировать шифровальные машины так, чтобы они выдавали ключи шифрования. Перед агентством стояла непростая задача по перехвату сообщений других государств, передаваемых средствами связи. Перехват оно осуществляло из эфира, а позднее за счет проникновения в оптоволоконные кабели.

Однако манипуляции с алгоритмами «Крипто» позволили оптимизировать процесс криптографического анализа с целью раскрытия кодов. Если раньше на решение такой задачи уходили месяцы, то сейчас эта работа порой занимала всего несколько секунд. Компания всегда делала две версии своих изделий: одну защищенную модель, которую поставляли дружественными государствам, и вторую переделанную, которая шла на экспорт в остальные страны мира.

Поступая таким образом, США и Хагелин в рамках своего партнерства перешли от мер воспрещения к «активным мероприятиям». Теперь «Крипто» не просто ограничивала продажи своих лучших моделей, а активно продавала устройства такой конструкции, которая вводила покупателей в заблуждение и выдавала их с головой.

Дивиденды не заставили себя ждать. Переход «Крипто» на электронные устройства дал такой мощный толчок ее бизнесу, что она стала полностью зависеть от АНБ. Зарубежные государства просто требовали продать им системы, которые, как им казалось, по всем параметрам превосходили старые и громоздкие механические устройства, а в действительности позволяли американским шпионам с легкостью читать написанное с их помощью.

Немецкие и американские партнеры

К концу 1960-х годов Хагелину было уже около 80 лет, и он очень хотел обеспечить надежное будущее своей компании, в которой теперь работало более 180 сотрудников. ЦРУ тоже очень хотелось знать, что случится с его операцией, если Хагелин внезапно продаст свой бизнес или умрет.

Одно время Хагелин надеялся передать управление компанией в руки своего сына Бо. Но американская разведка считала его личностью непредсказуемой и старалась скрыть от Бо существующее партнерство. В 1970 году Бо Хагелин погиб в автокатастрофе в окрестностях Вашингтона. Никаких признаков грязной игры обнаружено не было.

Руководство американских спецслужб несколько лет обсуждало идею купить «Крипто», однако внутренние склоки между ЦРУ и АНБ мешали ему осуществить этот замысел до тех пор, пока в игру не вступили еще два шпионских ведомства.

Французским, западногерманским и прочим европейским разведслужбам либо рассказали о сделке США с «Крипто», либо они сами об этом догадались. Кое-кто по понятным причинам испытывал зависть и искал свои пути для заключения аналогичного соглашения.

В 1967 году к Хагелину обратилась французская разведка, предложившая купить его компанию в партнерстве с немецкой разведкой. Хагелин это предложение отверг и сообщил о нем своим кураторам из ЦРУ. Но спустя два года немцы пришли снова, чтобы сделать очередное предложение, на сей раз с благословения США.

В начале 1969 года в посольстве Западной Германии в Вашингтоне состоялось совещание, на котором глава шифровальной службы этой страны Вильгельм Гёинг (Wilhelm Goeing) изложил свое предложение и спросил американцев, не хотят ли они стать партнерами.

Спустя несколько месяцев директор ЦРУ Ричард Хелмс (Richard Helms) одобрил идею о покупке «Крипто» и отправил своего подчиненного в столицу Западной Германии Бонн обсудить условия с одной важной оговоркой. «Французов надо исключить», — объяснило руководство ЦРУ Гёингу.

Западная Германия американскому давлению уступила, и сделка между двумя шпионскими ведомствами была зафиксирована в июне 1970 года в служебной записке нетвердой подписью резидента ЦРУ в Мюнхене, у которого развивалась болезнь Паркинсона, и неразборчивым автографом его коллеги из БНД.

Два ведомства договорились вложиться равными долями и выкупить фирму Хагелина за 5,75 миллиона долларов. Но ЦРУ предоставило немцам решать задачу о том, как не допустить огласки в отношении заключенной сделки.

Юридическая фирма из Лихтенштейна «Марксер и Гуп» (Marxer and Goop) помогла скрыть личности новых владельцев «Крипто» за завесой подставных компаний и акций на предъявителя, имена владельцев которых в регистрационных документах не указываются. Этой фирме ежегодно выплачивали вознаграждение — «в меньшей степени за проведенную обширную работу, и в большей — за молчание и понимание», говорится в материалах БНД. Эта фирма, ныне носящая название «Марксер и Партнер», на просьбу дать комментарии не ответила.

Для руководства компанией был сформирован новый совет директоров. Об участии в сделке ЦРУ знал лишь один член совета по имени Стуре Нюберг (Sture Nyberg), которому Хагелин передал повседневное управление фирмой. «Благодаря такому механизму, — сообщается в документах ЦРУ, — БНД и ЦРУ контролировали деятельность „Крипто“». Нюберг ушел из компании в 1976 году. «Вашингтон Пост» и ZDF найти его не удалось, как не удалось и выяснить, жив ли он.

Два разведывательных ведомства регулярно проводили совещания, обсуждая вопрос о том, что делать с новым приобретением. В качестве штаба для проведения этой операции ЦРУ использовало секретную базу в Мюнхене, которая поначалу размещалась на используемом американскими войсками военном объекте, а затем в здании, примыкающем к американскому консульству.

ЦРУ и БНД разработали несколько кодовых названий для этой программы и ее составляющих. Компанию «Крипто» назвали «Минерва». Точно так же называется опубликованная история ЦРУ. Операция вначале носила кодовое название «Тезаурус», но в 1980-х годах его сменили на «Рубикон».

Каждый год ЦРУ и БНД делили прибыли «Крипто», о чем свидетельствуют немецкие материалы. Там говорится, что БНД вела бухгалтерский учет и передавала причитающиеся ЦРУ деньги наличными на подземной парковке.

С самого начала это партнерство было отмечено мелкими разногласиями и напряженностью. Оперативникам ЦРУ часто казалось, что БНД просто стремится заработать на операции, и они «постоянно напоминали немцам, что это разведывательная операция, а не коммерческое предприятие». Немцев потрясла готовность американцев следить за всеми, кроме ближайших союзников, в том числе за членами НАТО Испанией, Грецией, Турцией и Италией.

Помня о том, что они не в состоянии руководить высокотехнологичной компанией, ЦРУ и БНД привлекли к руководящей работе людей со стороны. Немцы воспользовались услугами мюнхенской многопрофильной корпорации «Сименс», которая давала «Крипто» консультации по коммерческим и техническим вопросам, получая при этом пять процентов от продаж. США позднее привлекли «Моторолу» для решения сложных производственных вопросов, ясно дав понять руководству компании, что делается это в интересах американской разведки. «Сименс» от комментариев отказалась. Руководство «Моторолы» на просьбу дать комментарии не ответило.

К недовольству Германии, ее никак не принимали в состав хваленого разведывательного объединения «Пять глаз» (Five Eyes), в котором участвовали Соединенные Штаты, Британия, Австралия, Новая Зеландия и Канада. Но заключив партнерское соглашение по «Крипто», Германия приблизилась к кругу шпионов-единомышленников под руководством США, что было естественно после Второй мировой войны. Пользуясь тайным покровительством двух ведущих разведывательных служб и поддержкой двух самых крупных в мире корпораций, «Крипто» начала добиваться больших успехов в бизнесе.

В материалах ЦРУ есть таблица, которая показывает, что с 1970 по 1975 год объем продаж увеличился с 15 миллионов швейцарских франков до 51 миллиона (это 19 миллионов долларов). Штат сотрудников компании превысил 250 человек.

«Покупка „Минервы“ стала золотой жилой», — говорится о том периоде в истории ЦРУ. Эта операция длилась уже 20 лет и дала беспрецедентный доступ к системам связи зарубежных государств.

Подозрения Ирана

Империя прослушки АНБ долгие годы строилась вокруг трех основных географических районов, у каждого из которых было свое буквенное обозначение: А — Советский Союз, В — Азия, а G — практически все остальное.

К началу 1980-х годов более половины разведывательной информации группа G получала через машины «Крипто». Американское руководство пользовалось этими возможностями из кризиса в кризис.

В 1978 году, когда руководители Египта, Израиля и США собрались в Кэмп-Дэвиде на переговоры о мирном соглашении, АНБ тайно перехватывало сообщения, которые египетский президент Анвар Садат отправлял в Каир.

Год спустя, когда иранские боевики взяли штурмом посольство США и захватили 52 американских заложника, администрация Картера добивалась их освобождения, следя за тайной перепиской, проходившей через Алжир. Инмэн, который в то время был директором АНБ, рассказал, что ему часто звонил президент Картер, спрашивая о том, как аятолла Хомейни реагирует на последние послания.

«Мы могли ответить на его вопросы в 85 процентах случаев», — сказал Инмэн. И все благодаря тому, что иранцы и алжирцы пользовались шифровальными устройствами «Крипто».

По словам Инмэна, из-за этой операции он попал в очень сложное положение. Как-то раз АНБ перехватило ливийскую депешу, указывающую на то, что брат президента Билли Картер (Billy Carter) отстаивает в Вашингтоне интересы Ливии и получает за это деньги от Муаммара Каддафи.

Инмэн доложил об этом в Министерство юстиции. ФБР начало расследование в отношении Картера, который ложно отрицал факт получения денег. В итоге предъявлять ему обвинение не стали, но он согласился зарегистрироваться в качестве иностранного агента.

В 1980-е годы перечень ведущих покупателей «Крипто» был похож на каталог очагов конфликтов. В 1981 году самым крупным клиентом «Крипто» стала Саудовская Аравия. За ней следовал Иран, потом Италия, Индонезия, Ирак, Ливия, Иордания и Южная Корея.

Чтобы защитить свои позиции на рынке, «Крипто» и ее тайные владельцы проводили изощренные кампании по дискредитации конкурентов, о чем свидетельствуют документы, и подкупали взятками государственных чиновников. В материалах БНД говорится, что «Крипто» направила в Эр-Рияд одного из своих директоров с 10 часами «Ролекс» в багаже, а потом организовала в Швейцарии программу обучения для саудовцев. «Любимым времяпрепровождением для участников программы стало посещение борделей, которое оплачивала „Крипто“».

Порой благодаря мерам стимулирования удавалось продавать оборудование в такие страны, которые не умели пользоваться столь сложными системами. Нигерия закупила крупную партию шифровальных машин «Крипто», но за два года разведка не получила оттуда никакой информации. Чтобы разобраться в причинах, туда отправили представителя компании. «Он обнаружил, что оборудование лежит на складе в нетронутой упаковке», — говорится в немецком документе.

В 1982 году администрация Рейгана воспользовалась тем, что Аргентина применяла шифровальные устройства «Крипто», и начала снабжать разведывательной информацией Британию во время непродолжительной войны между этими странами за Фолклендские острова. В материалах ЦРУ не уточняется, какая именно информация была передана в Лондон. Там о перехваченных сведениях говорится лишь в общем, и не дается никаких намеков на то, как они были использованы.

Рейган, по всей видимости, поставил под угрозу всю операцию «Крипто», когда Ливию в 1986 году заподозрили в причастности к взрыву в дискотеке в Западном Берлине, где часто бывали американские военные. В результате того взрыва погибли два американских военнослужащих и женщина из Турции.

Спустя 10 дней Рейган приказал нанести ответные удары по Ливии. Среди жертв оказалась одна из дочерей Каддафи. Выступая с речью о нанесенных ударах, Рейган заявил, что у США есть «прямые, точные и неопровержимые» доказательства причастности Ливии к этому взрыву.

© AP Photo, SchoelzelВход в дискотеку La Belle после взрыва бомбы в Берлине

Рейган сказал, что ливийское посольство в Восточном Берлине получило приказ осуществить взрыв за неделю до этого происшествия. А на следующий день после взрыва, заявил Рейган, «они доложили в Триполи о большом успехе операции».

Слова Рейгана недвусмысленно указывали на то, что переписка Триполи с диппредставительством в Восточном Берлине перехватывается и расшифровывается. Но Ливия была не единственной страной, взявшей на заметку неосторожное высказывание Рейгана.

Иран, знавший о том, что Ливия пользуется машинами «Крипто», стал все больше беспокоиться о безопасности и защищенности своего оборудования. Практические действия на основании своих подозрений Тегеран предпринял лишь спустя шесть лет.

Незаменимый человек

После того как ЦРУ и БНД приобрели «Крипто», главной задачей для двух тайных партнеров стало сделать так, чтобы сотрудники компании ничего не заподозрили и проявляли сговорчивость.

Действуя скрытно и осторожно, эти ведомства сделали максимум возможного, чтобы сохранить выработанный Хагелином доброжелательный стиль руководства. Сотрудникам хорошо платили, и у них было немало дополнительных льгот и привилегий, скажем, возможность покататься на маленьком паруснике по озеру Цуг неподалеку от штаб-квартиры компании.

И тем не менее люди, непосредственно работавшие над схемами шифрования, были близки к тому, чтобы узнать главные тайны операции. Отвечавшие за создание опытных образцов инженеры и конструкторы часто задавали вопросы о тех алгоритмах, которые им навязывала таинственная организация со стороны.

Руководство «Крипто» часто убеждало сотрудников, что проектными решениями их обеспечивают в рамках договоренности с «Сименс» о консультациях. Но если так, то почему изъяны шифрования так легко обнаружить, и почему инженерам «Крипто» никогда не дают возможности их исправить?

В 1977 году директор «Крипто» Хайнц Вагнер (Heinz Wagner), знавший об истинной роли ЦРУ и БНД, неожиданно уволил своенравного инженера, когда АНБ пожаловалось, что дипломатическая переписка из Сирии неожиданно стала нечитаемой. Этот инженер по имени Петер Фрутигер (Peter Frutiger) давно уже подозревал «Крипто» в сотрудничестве с немецкой разведкой. Он неоднократно ездил в Дамаск и выслушивал жалобы на шифровальные устройства компании. После этого он без ведома руководства отремонтировал технику, устранив все недостатки.

Фрутигер «узнал секрет „Минервы“, но это было для него небезопасно», говорится в материалах ЦРУ. Но управление обозлилось на Вагнера за то, что он уволил инженера вместо того, чтобы заткнуть ему рот деньгами. Фрутигер от комментариев на эту тему отказался.

Американские разведчики встревожились еще больше, когда Вагнер в 1978 году взял на работу талантливого инженера-электрика Менгию Кафлиш (Mengia Caflisch). До этого женщина несколько лет работала в США в Мэрилендском университете, занимаясь исследованиями в области радиоастрономии, а потом вернулась домой в Швейцарию и подала заявление о приеме на работу в «Крипто». Вагнер ухватился за такую возможность и без раздумий взял ее. Однако руководство АНБ немедленно забило тревогу, заявив, что женщина «слишком умна и быстро все поймет».

Это было прозорливое предостережение, так как Кафлиш вскоре занялась проверкой уязвимостей продукции «Крипто». Она вместе с коллегой из исследовательского отдела Шпёрндли провела несколько тестов и «атак открытым текстом» на устройства для шифрования, в том числе на модель телетайпа HC-570, которая была создана с использованием технологий «Моторола». Об этом Шпёрндли сообщил в интервью.

«Мы проверяли внутренние операции и зависимости шаг за шагом», — рассказал он. Вскоре они убедились, что могут взломать шифр, сравнив всего 100 символов из зашифрованного текста с исход

The Washington Post: разведывательный успех века обновлено: 13 февраля, 2020 автором: Елена Фролова
Реклама
Нажмите, чтобы поделиться новостью
Сегодня в выпуске
19.02.20
Белый дом назвал ложью новости о желании Трампа помиловать Ассанжа — Новости политики, Новости США
19.02.20
Трамп предлагал помиловать Джулиана Ассанжа, если он заявит о непричастности России к взлому серверов Демократической партии
19.02.20
Как «парижская штучка» Александра де Таддео связалась с «дикарем от русского искусства» Павленским?
19.02.20
The Economist (Великобритания): битва за ближневосточный рынок вооружений накаляется
19.02.20
Трамп попал в новый "российский" скандал, в котором фигурирует основатель WikiLeaks
Реклама
Будьте вежливы. Отправляя комментарий, Вы принимаете Условия пользования сайтом.

Текст комментария будет автоматически отправлен после авторизации

Настоятельно рекомендуем вам придерживаться вежливой формы общения, избегать любого незаконного, угрожающего, оскорбительного, непристойного или грубого обращения к другим посетителям ресурса.
Загрузка...
Реклама
Читать дальше