Общество: «Валдай —2019»: Россия разочарована Западом, но надеется наладить новые связи с Европой (Russia Matters, США)

Заседание клуба «Валдай» в Сочи состоялось до того, как США вывели войска из Сирии, а российский авторитет на Ближнем Востоке вновь резко вырос. Хотя уже было очень заметно, как возросла уверенность русских в собственных силах. Настроение, однако, было ближе к здоровой уверенности, чем к высокомерию. Как отметил Марк Чемпион (Marc Champion) в своем отчете для «Блумберга», «президент Путин произнес наименее язвительную речь за последние десять с лишним лет» ежегодных выступлений на этом международном форуме политиков, ученых и журналистов. На самом деле журналистов на «Валдае» в этот раз было куда меньше, чем в предыдущие годы. Интерес он представлял, как обычно, скорее благодаря возможности оценить текущие настроения и позицию российской внешнеполитической элиты, а также взглянуть на глобальные проблемы с другой точки зрения.

«Валдай» в этом году отразил, как и предполагалось, определенный разворот в сторону от Запада. Темой конференции была «Заря Востока и мировое политическое устройство». Особое внимание, само собой, уделялось докладчикам из Китая, Индии и, в меньшей степени, с Ближнего Востока.

Что касается Ближнего Востока, не только Путин, но и русские в целом придерживались точки зрения, более или менее деликатно высказанной, что США, как и Великобритания, довели регион до таких бедствий (от Ирака, Ливии и до Сирии и молчаливого согласия с агрессивным шовинизмом Нетаньяху) лишили себя какого-либо законного права претендовать на ведущую роль. В то же время я заметил, что некоторые участники обеспокоены тем, во что может быть втянута Россия, добиваясь господства в этом регионе, который породил (даже если Запад этому не потворствовал) такое множество страшных и неразрешимых кризисов в прошлом.

Западных участников стало несколько меньше, а западных журналистов — намного меньше по сравнению с заседаниями клуба предыдущих лет. Как сказал мне один из российских участников, российский истеблишмент в целом оставил надежду на более сбалансированное и взвешенное освещение России со стороны западных СМИ (при этом нельзя сказать, что большинство российских СМИ со своей стороны освещают Запад справедливо и взвешенно).

Что касается Украины и отношений с Западной Европой, российские участники приветствовали инициативу президента Владимира Зеленского как попытку применить для урегулирования украинского кризиса «формулу Штайнмайера», разработанную тогдашним министром иностранных дел, а ныне президентом Германии Франком-Вальтером Штайнмайером в 2016 году. Участники также приветствовали сентябрьскую инициативу президента Франции Эммануэля Макрона «разрядить и прояснить» отношения Европы с Россией.

Однако, в сравнении с некоторыми беседами, в которых я принимал участие на «Валдае» в период с 2005 по 2008 год, российские участники не очень-то надеялись, что эти шаги позволят достичь больших результатов. В случае с Украиной это происходит из-за убежденности в том, что украинское правительство (даже с учетом впечатляющей победы Зеленского на выборах) слишком слабо, чтобы продвинуть компромисс перед лицом радикальной националистическую оппозицию, а также потому, что ключевая проблема безопасности на Донбассе во время и после мирного процесса остается полностью нерешенной. Я не увидел какой-либо готовности передать Донбасс под неограниченный контроль украинских сил безопасности — хотя, конечно, этот вопрос в принципе можно было бы решить, как и в случае других мирных соглашений, с помощью присутствия миротворцев США.

Что касается более широких отношений Западной Европы с Россией, преобладает ощущение безнадежности, потому что, как мне говорили многие российские участники встречи, в прошлом их надежды слишком часто не оправдывались. Снова и снова западноевропейские страны отказывались поддержать Россию и выступить против США, даже если были согласны с позицией России — в первую очередь в вопросе поддержания ядерных соглашений. Неспособность Европы противостоять Вашингтону в отношении санкций против Ирана лишь укрепила эту точку зрения России. Более того, российский истеблишмент считает Швецию, Польшу и страны Балтии непримиримыми, заклятыми врагами России, а значит, еще долгое время любой коллективный шаг ЕС в направлении улучшения отношений, вероятно, столкнется с их вето.

Что касается конкретно США, то, по общему мнению, американская политика и политическая стратегия находятся в состоянии такого непредсказуемого хаоса, что лучшая политика для России — просто переждать это состояние. Конечно русским претит сама мысль о том, что президентом может стать Джо Байден. Но они также подчеркивают, что если Россия что-то и выиграла от президентства Трампа, то это было плодом беспорядочной неэффективности политики его правительства и общего падения авторитета и престижа США, а не чего-то конкретного, реализованного Трампом, чтобы улучшить американо-российские отношения. Что касается возможности избрания на пост президента Элизабет Уоррен (Elizabeth Warren), у меня сложилось впечатление, что русские на самом деле не готовы делать о ней какие-либо выводы, и предпочитают ждать и наблюдать.

Таким образом, российский поворот на Восток действительно случился, и бесконечные старые прогнозы западных «экспертов» о том, что Россия никогда не отвернется от Запада и не установит тесное партнерство с Китаем, оказались пустыми. В то же время этот сдвиг отнюдь не безоговорочный. Россия и Китай вступили в партнерские отношения, а не в союз (это принципиальное различие затуманила свободная и небрежная подача СМИ и аналитических центров). Русские не надеются, что Китай будет сражаться бок о бок с ними на Украине, на Кавказе или в Сирии, и не собираются воевать на стороне Китая в Южно-Китайском море.

На протяжении всей конференции акцент делался на России как на евразийской, а не на азиатской державе. И в конечном счете, российский истеблишмент очень надеется на то, что США продолжат отступать в изоляционизм, а у России сложатся равноправные партнерские отношения на равных с Европой и Китаем. Русские также не хотят, чтобы их втягивали в союз с Китаем против Индии, хотя признают, что из-за дальнейшего объединения Индии в блок с США это может в конце концов стать неизбежным.

Не нужно копать слишком глубоко, чтобы увидеть серьезную обеспокоенность по поводу колоссального экономического и демографического веса Китая, и тревогу, что политика Китая в отношении «Пояса и пути» может привести к тому, что роль России в основном сведется к чему-то среднему между торговым коридором (пусть и за хорошее вознаграждение), соединяющим Китай и Европу, и сырьевым придатком Китая. Это будет высокая цена то, чтобы оттеснить экономическую и геополитическую мощь США из Евразии. Стремление к стратегическому партнерству с Европой также коренится в надежде на то, что рано или поздно западноевропейские государства осознают, что их единственный шанс остаться в равновесии с Китаем (без участия в потенциально катастрофических антикитайских стратегиях США) — наладить тесные отношения с Россией.

В контексте дискуссий об изменении климата возникла удивительно спорная идея о том, что в будущем Россия станет продовольственной и, прежде всего, водной сверхдержавой, которая обеспечит важнейшие поставки и Китаю, и Европе, чтобы помочь им пережить свой собственный нарастающий экологический кризис. Какова позиция Путина по поводу изменения климата, остается неясным. В своем выступлении он одновременно усомнился в том, действительно ли оно имеет место, и пообещал, что Россия сделает все возможное, чтобы предотвратить его. Очевидным кажется одно: он и любой выбранный им преемник постараются сделать так, чтобы Россия получила максимальную выгоду от климатических изменений. (Что касается вопроса о переходе власти, большинство россиян, выражая свое частное мнение, заявили, что Путин уйдет с поста президента, когда в 2024 году истечет его конституционный срок, выберет верного себе преемника и станет при нем «серым кардиналом». Но, по общему признанию, помимо самого Путина, никто и понятия не имеет, кто это может быть.)

Есть еще кое-что, что мне показалось примечательным — Россия стала возлагать меньше надежд на Евразийский союз, который до 2014 года был центральным элементом геополитической стратегии администрации Путина. Участники из центрально-азиатских государств высказывались очень твердо, как в официальном, так и в частном порядке, что Евразийский союз останется блоком, направленным на торгово-экономическое сотрудничество, с некоторыми элементами безопасности, а не тесным союзом в сфере безопасности, не говоря уже о конфедерации во главе с Россией. В то же время нео-тоталитарные репрессии, которые Китай осуществляет против мусульманского населения Синьцзяна (в составе которого много этнических казахов) вызвали большую обеспокоенность в Центральной Азии, хотя это официально замалчивалось путем цензуры и самоцензуры. Эта обеспокоенность и огромные масштабы Китая на самом деле ведут к тому, что жители Центральной Азии по-прежнему стремятся поддерживать партнерские отношения с Россией в качестве уравновешивающего фактора.

Что касается надежд России на Евразийский союз, то сейчас, похоже, все готовы признать, что в обозримом будущем Украина не сможет вернуться к союзу с Россией, а без Украины Евразийский союз остается лишь тенью того, каким его хотел видеть Путин. С другой стороны, россияне сейчас совершенно убеждены в том, что Украина никогда не сможет вступить в НАТО или ЕС. И кажется, что они готовы позволить Украине спокойно разрушаться в надежде, что само время создаст новый баланс.

Однако есть опасения, что новый внутренний украинский кризис может привести Россию и Европу к очередной конфронтации; и я думаю, что большая часть российского истеблишмента приветствовала бы создание нового совещательного механизма между Западом и Россией, чтобы помочь предотвратить такие кризисы. Однажды подобное предложение уже поступало от Дмитрия Медведева во время его пребывания на посту президента (Запад его проигнорировал), а недавно было оно было изложено в другой форме в документе, подготовленном для корпорации РЭНД (RAND) группой во главе с американским членом клуба «Валдай», доктором Самуэлем Чарапом (Dr. Samuel Charap). Конечно, россияне крайне настойчиво говорят о том, что это должен быть подлинно консультативный процесс, а не очередной механизм в духе Совета Россия-НАТО или ОБСЕ, в рамках которых, как считают россияне, западные объединяются, чтобы диктовать свое мнение России.

Наконец, необходимо сказать еще две вещи, учитывая истерический тон как западных, так и российских СМИ, а также многих западных и российских военных деятелей. Предположения о том, что Россия может напасть на страны Балтии или Польшу, отметали все русские, которых я знаю, как абсолютно нелепые. Помимо колоссальных краткосрочных рисков, связанных с нападением на членов НАТО и ЕС, такой шаг не принесет России абсолютно никакой выгоды, зато напугает остальных европейцев, побуждая их снова заключить постоянный и тесный союз с США. И опять же в основе долгосрочного стратегического видения России лежит надежда на то, что все постепенно само рассосется. В то же время, ни один здравомыслящий член российского истеблишмента, которого я знаю, не считает, что США на самом деле собираются атаковать Россию. При этом, несмотря на весь шум и крики, отношения между Западом и Россией, вероятно, куда спокойнее, чем можно подумать, судя по заголовкам новостей.

«Валдай —2019»: Россия разочарована Западом, но надеется наладить новые связи с Европой (Russia Matters, США) обновлено: 30 октября, 2019 автором: Елена Фролова
Реклама
Нажмите, чтобы поделиться новостью
Реклама
Будьте вежливы. Отправляя комментарий, Вы принимаете Условия пользования сайтом.

Текст комментария будет автоматически отправлен после авторизации

Настоятельно рекомендуем вам придерживаться вежливой формы общения, избегать любого незаконного, угрожающего, оскорбительного, непристойного или грубого обращения к другим посетителям ресурса.
Загрузка...
Реклама
Читать дальше